Запретная любовь в цветочном магазине

Около больших окон белыми занавесками находится рабочий стол с карандашами, листами и кучей разных бумаг. С левой стороны у стола стоит книжный шкаф, часть его – обычные человеческие книги, часть – колдовские, замаскированные под обыкновенные.

Завтра, точнее уже сегодня, нужно передать список ингредиентов Брэндону. Луна медленно подходит к окну, всматривается в тёмные улицы, освещаемые лишь светом фонарей, и прислушивается к успокаивающим звукам дождя. Неудивительно, что она уснула, в дождливую погоду её всегда клонило в сон.

Бросает взгляд на входную дверь комнаты и замечает, что из кухни всё ещё тянется тонкая полоска света. И что ему не спится?

Тихие шаги. В нос ударяет сильный запах ароматного кофе.

– Ты что не спишь? – интересуется Луна, возникнув на пороге и застав Ксавьера врасплох.

Он фыркает от неожиданности, едва не выплёвывая кофе. Но тут же его медовые глаза довольно вспыхивают при виде любимой ведьмы в зелёной объёмной кофте из неизвестной для него ткани, но приятной на ощупь.

Как назывался этот материал, он и понятия не имел, знал только, что гладить Луну в ней ему нравилось. Хотя касаться её было всегда приятно.

– Да вот амулеты делал, – машет рукой в сторону.

На полу с деревянным покрытием виднеется несколько расстеленных листов газеты, на которых аккуратной кучкой лежит древесная стружка, валяются обрывки тёмной тонкой верёвки, несколько инструментов. Ксавьер выглядит уставшим, под его глазами залегли тёмные круги от бессонной ночи, на светлом столе дымится пузатая кружка кофе, и лежат два круглых деревянных гладких амулета с рунами по центру.

Луна прикусывает губу, взглянув на осунувшееся лицо Ксавьера.

– Почему один? Почему сейчас? – её голос пропитан сожалением и горечью, вид его тёмных кругов под глазами, впалых щёк причиняет ей почти что физическую боль. Ловит взгляд его карих глаз и делает шаг вперёд, нежно касаясь кончиками пальцев колючей щеки Ксавьера.

– Детка, амулеты у меня выходят всё же лучше, – пытается придать привычный ехидный тон, но усталость берет своё.

Касания Луны нежные, приятные, и глаза Ксавьера закрываются против его воли, он льнёт к ладони словно кот. – Да и нужны они нам, как можно быстрее, – бормочет и, словно очнувшись ото сна, отстраняется от руки Луны. Делает шаг назад и отпивает глоток из чашки с кофе. – Остался последний для Мэй.

– Оставь, – Луна с замиранием следит за каждым его движением.