Инифинт

Я должна подумать, как мне поступить.

Умари покорно встал и вышел из кабинета.

Фарли появился, спустя пять минут после его ухода.

— Можно?

Королева, которая так и оставалась в раздумье сидеть в своем кресле, кивнула.

— Я проводил герцогиню! Она поцеловала меня на прощанье. В щёку. Если бы она погостила еще немного, Павилина сошла бы с ума от ревности. Хорошо, что вы отправили Глорию в деревню: втроём они бы меня разорвали… Что здесь было? Вы его отпустили? У него такое лицо, что задавать ему вопросы было бы беспощадно.

— Фарли, — медленно сказала королева, — ты — самый близкий мне человек. Мы выросли вместе. Ты — мой молочный брат. Помоги, я в большом затруднении. Не знаю, как поступить.

— Я горжусь вашим доверием, — сказал Фарли и сразу стал очень серьёзным. — Что случилось, Ваше Величество?

— Фарли… он признался мне в любви! И почти плакал. Я не знаю, верить ли ему, или это — крокодиловы слезы…

Фарли не удивился и сразу ответил:

— Верить, Ваше Величество! О том, что он влюблён, лично я догадался, ещё когда приходил к нему из-за этой чёртовой эпиграммы, помните? Он тогда сразу стал другим, стоило мне лишь упомянуть о вас.

А когда я сообщил ему, что вам грозит опасность? Вы бы видели его лицо!

Королева задумалась и помолчала.

— Фарли, ты напрасно говоришь с такой уверенностью, — возразила она. — Один шпион герцога уже клялся мне в любви…

— Ваше Величество, давайте рассуждать здраво. Умари прибыл из Люберии с пустыми руками?

— Нет, он привёз письмо от короля.

Он выполнил свою задачу: поставил Антора в известность о том, что происходит, — это ясно из письма. Но это ещё ничего не доказывает. Возможно, герцог позволил ему так поступить, допускаю, что герцог видел письмо Антора… Ты же знаешь, с каким интриганом мы имеем дело!

— Ну, дайте Умари шанс! Скажите, что верите ему, но… А сами как-нибудь проверьте!

— Фарли, я устала от этих игр. Я не могу тратить на это время. Либо я верю всему, что он говорит, и должна наградить его, либо — не верю и тогда запрещаю ему доступ в столицу навсегда.

— А что подсказывает сердце? — спросил Фарли.

— Никогда больше не слушаю сердце, — сказала Ильчиэлла. — Женское сердце всегда хочет верить, а если ты у власти — тебе нельзя мыслить, как женщине… Спасибо, Фарли. Оставь меня ненадолго. Я обдумаю все, что услышала, и приму решение…

Спустя четверть часа королева вызвала Умари к себе и объявила ему:

— Интересы государства требуют от меня радикальных решений.