Спасти чудовище

Девушка с опаской опустилась на него, стараясь не испачкать платье.

– Ложитесь! – Джаспер снова прилег на траву.

– Я могу и сидя...

– Эффект не тот. Ну же!

Понимая, что поступает аморально, Эйлин все-таки последовала приказу. Трава была прохладной и мягкой.

– А теперь смотрите на небо!

Девушка послушно уставилась вверх. Несколько секунд ничего не происходило, а потом…

Мир вокруг будто замер, а облака, напротив, понеслись по небу.

Эйлин широко распахнула глаза. Она словно летела куда-то вместе с этими облаками все быстрее и быстрее.

От неожиданности она ухватилась за руку графа. Их пальцы переплелись, а облака стали плыть медленнее.

– Поразительно! – прошептала девушка, не в силах отвести взгляд от неба. – Откуда… как вы узнали про это?

– Я долго лежал… сначала на земле в ожидании подмоги, а потом в лазарете. Когда не знаешь доживешь ли до вечера, чего только не придумаешь!

Упоминание о лазарете развеяло магию. Небо снова стало обычным, а облака замерли, недовольно покачивая пушистыми боками.

Все еще не разжимая пальцев, Эйлин села.

– Расскажите мне, – попросила она.

– О чем?

– Что тогда произошло?

Джаспер поколебался, а потом пожал плечами. В конце концов, эта девушка заслужила его откровенность.

– Я почти не помню, – признался он. – Я скакал куда-то. Мне надо было сказать командующему… доложить ему о чем-то… Потом… яркая вспышка… я очнулся и понял, что не могу пошевелиться. Долго лежал, пока меня не нашли крестьяне.

Зная, что Эйлин не сводит с него взгляда, Джаспер сделал вид, что рассматривает облака.

– А дальше? – попросила девушка.

– Дальше? – граф криво усмехнулся. – Поверьте, дальше была очень некрасивая история…

– Некрасивая?

– В буквальном смысле этого слова. Гноящиеся раны безобразны, а запах… – он сел и все-таки посмотрел на нее.

– Да, ваша тетя говорила об этом.

– Неужели?

Его глаза зло сверкнули, а очертания подбородка стали чуть резче.

– Она не вдавалась в подробности, так что ваша гордость не пострадала, – уверила Эйлин.

Почуяв насмешку, Джаспер прищурился:

– Моя гордость?

– Конечно, раненый герой, путешествующий в телеге с курицами.

– Там не было куриц!

– Может быть, овцы или поросенок?

– Нет.