Выбор

В тот же день я увидел царя за работой. Он был одержим трудом. Его загрубелые руки не были похожи на руки изнеженных европейских правителей. Поистине в Петре дивным образом сочетались острый ум и варварская, почти первобытная, горячность. Он был, словно звезда, готовая гореть для людей. Его жизнь пылала, как живительный огонь, вдохновляя своим теплом всё вокруг. Рядом с ним я научился не щадить себя, не жаловаться на тяжкие условия жизни и труда. Я загорелся любовью к труду, к его созидательным результатам.

Подле государя прошли благодатных четыре года. Изредка доводилось мне наведываться домой. Всё изменило письмо моего отца, адресованное царю. Пётр вызвал меня к себе и прочитал послание вслух. Батюшка писал:

-Премилостивый государь мой Пётр Алексеевич! С прискорбием сообщаю вам, что моя прелестная дочь, Агата, тяжко занемогла. Вы всегда восхищались её красотой и живостью ума, но вот ныне несчастная стала жертвой недуга. Мы призвали лучших лекарей, но бедняжке не становится легче, и видится нам, что срок жизни её, отпущенный Господом, приближается к концу.

Посему смею просить вас, чтобы вы на время отпустили Вениамина домой, дабы он простился с любезной сестрой свое и поддержал слабеющего отца.

Так писал мой дорогой батюшка. Пётр нахмурился. Лицо его исказила вертикальная складка, оттого, что брови сдвинулись.

-Худо, коротко сказал государь.

Наступило молчание, я не смел прервать мрачных мыслей царя, догадываясь, что в душе государя идёт жестокая борьба.

С одной стороны он знал, что обязан исполнить просьбу своего преданного подданного, обязан уважить его горя и его старость. С другой стороны, он не желал отпускать меня, ибо я достиг тогда весьма больших успехов в обучении, и государь возлагал на меня немалые надежды.

Что ж, - проговорил наконец Пётр, - тебе необходимо исполнить волю отца. Вероятно, сестре твоей суждено умереть. Старый граф не переживёт эту утрату в одиночестве.

-Но ведь есть хоть малая надежда, что Агата поправится, - дрогнувшим голосом сказал я, - возможно, недуг удастся исцелить.

-Всё в воле Всевышнего, - отозвался государь. - Поезжай к отцу и сестре, но обещай мне, что как только позволят тебе обстоятельства, ты тут же вернёшься.

-Я обещаю, государь! - торжественно произнёс я, и это было одно из многочисленных обещаний, которых мне не удалось исполнить. В тои же день я покинул своего царя.