Апостолы слепого пророка

Неужели самому не интересно, куда идут твои налоги? — Мина, сидевшая на перилах моста, не без труда, но все же расшатала один из камней рядом с собой. Она подняла его высоко над головой, и куски размокшей известки сгинули в черных водах реки. — Только взгляните, люди!

— По-твоему, лучше вовсе никакого моста? — всплеснул руками другой гражданин. Матрона, цеплявшаяся за его локоть, согласно закивала и подняла повыше над головой дощечку, на которой расплылись белые меловые пятна.

— В прошлом веке пришлось сжечь половину Церр, чтобы тиран соизволил отстроить их не из мусора, но из камня, — Мина положила кривой булыжник себе на колени.

— Города строятся на прахе.

— Вот то-то и оно, — продолжила мысль Рона, — так что разойдитесь-ка, если не хотите, чтоб на вас что-нибудь построили.

Люди отступили на шаг — служить фундаментом для родного города никто не хотел. Но гражданин с матроной решил пользоваться священным правом слова до конца:

— Да где же это видано — потаскухи с гражданской позицией?

— А ты откуда знаешь, кто они? — подозрительно вскинулась матрона, и опустила дощечку, которая, похоже, вполне могла стать вскоре не щитом, но оружием.

— По ним видно, — оправдание гражданина прозвучало не так уверенно, как выражение той самой позиции.

— И он все напутал, к тому же, — добавила Рона, возможно, сочувствуя ему где-то в глубине души. Она указала пальцем себе за спину. — Вот она вообще не из наших.

В амфоре еще оставалось немного горючего, когда Келено завершила узор. Перевернув сосуд, и дождавшись, пока последние капли масла стекут вниз, она присоединилась к разговору:

— В общем-то, я тоже выполняю желания мерзкого деда.

Можете назвать новый мост Мостом Трех Потаскух, если вам так будет угодно. С этого Тегея, кто бы он ни был, хватит и ворот.

Люди начали всерьез обсуждать эту мысль и собирались уже начать голосовать, когда кто-то выкрикнул из окна:

— А там стража идет!

Рона подхватила Мину на руки и осторожно, по краю, чтобы не наступить на вязкие знаки, начала перебираться на другую сторону.

Мост остался без защиты, но люди уже убрались с площади перед ним. В самом деле слышался гулкий топот тяжелых солдатских сандалий — или, может, из-за шума дождя так казалось. Келено обернулась, убеждаясь, что лупы уже далеко. Она поспешила за ними, но остановилась посреди моста. Ей пришлось наклониться почти до земли, чтобы вода не попала на огниво, и набрякшие волосы тяжело соскользнули вниз, едва не окунувшись в масло.