Дар солнца для Лунного дракона

― В поисках девицы я и сам отчасти помочь попытаюсь, ― дождавшись тишины, снова заговорил советник Нариман. ― Отправлю письма старостам тех поселков, что на пять ― восемь десятков парстов к западу от Холдриджа лежат. Потребую представить сведения обо всех семьях, в которых сыновья-близнецы есть в возрасте, близком ко второму посвящению, и дочери, которых в просторечии Рейками зовут. Не думаю, что таких семей много сыщется. Так что ответ пусть не быстро, но получим. Останется навестить те села, где подходящие семьи отыщутся.

Роэль снова подпрыгнул:

― Отец, ну хоть села навестить отпустишь? Уж, наверное, раньше, чем через десять дней ответа мы ни от одного из старост не получим.

— Вот когда получим хоть одно письмо, ради которого стоило бы с места срываться, тогда и поговорим, ― не желая лишать сына надежды на скорую встречу со спасительницей, процедил басилевс.

Ему и радостно было, что наконец-то его наследника девица заинтересовала: раньше Роэль особой склонности к флирту с женским полом не проявлял.

Но и тревожно было за сына ― мало ли, как на него встреча с истинной или даже просто влюбленность подействует. Может, поможет избавиться от проклятия, а может, наоборот, убьет? Условий снятия проклятия никто не знал, и как оно себя вести будет, оставалось лишь догадываться.

― Что ж. Будем считать, определились. Фрат Нариман, примарх Сильварий, вы вместе работаете: людей и Серебряных стражей в два отряда отбираете и задачу им доносите так, чтобы каждый её понял.

Фрат советник, от тебя еще и отчета о том, кому и сколько писем отправлено, жду. ― На время отодвинув невеселые мысли о судьбе сына, распорядился басилевс. ― Роэль, ты с фратом Эскулом идешь. И не вздумай сбегать от целителей, будто тебе двенадцать лет, а не двадцать два! Хочешь поскорее Рейку свою увидеть, так восстанавливай силы!

― Да, отец! ― Роэль поднялся, поклонился правителю, и, уставившись невидящим взглядом в спину фрату Эскулу, следом за ним пошел в лекарские палаты.

7. Астрея. Письмо

На следующее утро после смотрин я проснулась с настроением весь день просидеть дома и со двора носу не казать ― ровно так, как мечтали накануне братья. Однако, едва мы с близнецами позавтракали, как матушка сложила в берестяной короб пару платков из козьего пуха, две пары носков, поверх поставила два лукошка по десятку яиц от наших несушек в каждом.

— Вот, доча, ― кликнула меня.