Не бесите боевых грифонов, или любовь на краю света

В глазах Ролана, увы, дружелюбия не наблюдалось. Совсем. Равнодушный, холодный блеск чёрных алмазов на короне Альфреда. Глаза-алмазы прожигали насквозь, словно резали острыми гранями.

Мне бы потупить взор, и конфликт исчерпан, но я стояла прямо, не опуская глаз. Высшие аристократы воспринимают это как вызов, но сколько себя помню, я ни разу не смогла отказать себе в удовольствии их поддеть. Стыдно сказать, я и с его величеством проделывала нечто подобное, помнится, но мы ведь уже говорили о том, что король относится ко мне особенно тепло.

Ох, когда-нибудь мне за всё это достанется, конечно, но раз так улыбнулась судьба и сам король – мой друг, зачем, в конце концов, лишать себя удовольствий?

Я улыбнулась вельможе и ответила:

– А вы что здесь делаете, Ролан?

Щека родственника короля нервически дернулась.

Ну? Скажи мне что-нибудь! Ответь. Взорвись! Ты же не только вельможа, не только статус и высокомерие, ты же человек, в конце-то концов…

Мужчина изящно поклонился, губы сжались в язвительную ухмылку, глаза полыхнули льдом.

Думаете, чёрные глаза не могут смотреть холодно? Могут. Ещё как…

– Любезная графиня, я выполняю приказ его величества. Как, впрочем, и всегда, – прошипел вельможа ядовитой змеёй.

– А вы кто? – не выдержали нервы у молодого солдата.

Брови Ролана взлетели вместе с дружным возгласом грифонов:

– Г-р-х! Г-р-х! Г-р-х!

Интересно, это они так смеются? Выражают солдату своё презрение? А может… сочувствие? Всё может быть, конечно.

Хотя… Это же грифоны Ролана, выдрессированные и блестяще обученные, у них и чувств-то никаких нет точь-в-точь как у хозяина!

Что же касается Колокольчика, то мой друг старательно делал вид, что всё здесь происходящее не касается его совершенно. Но я-то знала, что он со мной согласен и так же, как и я, терпеть не может напыщенного, высокомерного Ролана с его блестящей командой!

Я с сочувствием посмотрела на парня. Такой молодой и такой дёрганный.

Ну ничего. Вот арендую аптеку, выпишу ему успокоительные. По собственным рецептам. Прослежу, чтобы принимал. А то, не ровен час, нарвётся служивый на кого-нибудь, менее философски настроенного к жизни, чем я или Ролан, прилетит ведь грифоном по темечку.

– А что здесь происходит? – раздался голос.

Мы с трудом расцепили взгляды с кузеном короля и обернулись. Я – с интересом, Ролан – с обычным ледяным высокомерием. К нам пробирался господин.