Лети, перышко!

* * *

Боги земли и леса,

Ясного поднебесья,

Боги ветров могучих,

Боги ручьев бегущих,

Боги молний и грома,

Боги родного дома,

Боги Жизни и Смерти,

Боги подземной тверди,

Услышьте меня, явитесь!

Силою поделитесь,

Влейте в добрые травы

Средство от злой отравы!

Явитесь, явитесь, явитесь на этот зов —

Уймите, уймите, уймите из раны кровь!

Белозор нервно расхаживал взад-вперед перед хижиной и прислушивался к голосу, нараспев творящему заклинания. Никогда еще ему не было так страшно, как теперь.

Даже с зажмуренными глазами юноше мерещилось смертельно бледное лицо побратима и нож, вошедший в тело по самую рукоятку. Если бы он только мог, он бы отдал хоть всю свою кровь, чтоб перелить ее в жилы князя! Но целительство Белозору было неведомо даже в самой малой доле.

Оставалась лишь одна тоненькая ниточка надежды: та самая девушка, чья стрела пробила горло подлому убийце, слыла тут могучей ведуньей. Уж третий день она колдовала над едва живым Стожаром, никого не впуская и лишь выставляя на окошко ведерко, если требовалось принести воды из колодца.

— Боги любят ее, они услышат ее зов, — мягко сказал старик Ёрш, когда истекающего кровью князя внесли в убогий домишко, и девушка, ни говоря ни слова, просто заперлась с ним наедине. — Твой друг вернется к нам.

Они здесь все говорили на какой-то незнакомый лад, и многие слова приходилось переспрашивать, но в целом речь была понятной. Голоса у здешнего люда звучали напевно и ласково.

Маленькая община отнеслась к ярунцам не просто с почтением — с горячей благодарностью, которую, впрочем, старались выражать ненавязчиво.

В первый же день гостям отвели целую хижину и выставили на длинный деревянный стол все лучшее, что только смогли отыскать. Раны, по счастью, у кого и были — оказались не слишком серьезными, и местные женщины живо промыли их чистой водой и перевязали.

К вечерус охоты вернулись мужчины племени, и на костре зажарили всю пойманную добычу.

— Спасибо вам, добрые люди! Все наше племя в долгу перед вами.

Будьте нашими гостями, а то и вовсе оставайтесь, если пожелаете! — произнес Ерш, кладя первый кусок на тарелку Белозору.

— Мы поступили, как велел нам наш воинский долг, и только выполняли приказ нашего князя, — ответил Белозор. — Я рад, что мы сумели помочь вам. Видно, нелегка ваша жизнь в этом лесу?

— Лес наш хорош, — ответил старик, — лес добр и щедр к нам. Он дает нам пропитание, он греет нас и укрывает.