Лети, перышко!

Увы, не от всех можно укрыться… Когда мужчины уходят на охоту, остальным следует быть особенно внимательными, но порой случается и так, что нас застают врасплох…

— Прости, почтенный хозяин, — осторожно проговорил один из ярунцев, тщательно подбирая слова, — прости, но я не совсем понимаю, зачем же нападать на вас? Не сердись на мои слова, но я не вижу у вас ни золота, ни серебра, ни тонкого шитья, ни богатых одежд…

Старый Ерш не обиделся, наоборот — хитро прищурился.

— Это ты верно говоришь, друг мой. Нас мало, и мы живем, как живется, тем, чем Боги пошлют.

На что нам тут золото и тонкое шитье? Нам требуется то, без чего жить тяжко, а сделать самим — не хватает рук или умений. Когда нужно, мы это покупаем — да, нам тоже известны тропы, ведущие к торговым путям, — но платим не золотыми монетами… Вот, гости желанные, взгляните — вот то, что наше племя скопило за долгие зимы упорным трудом…

Старик поднялся и поманил ярунцев в маленькую комнатку. Там он с гордостью открыл один из стоявших у стены деревянных коробов.

Под крышкой оказались меха, роскошью значительно превосходившие все те, которые прежде доводилось видеть княжеским ратникам — а ведь в Яруни тоже добывали и соболей, и лис, и белок!

— Вот этими шкурками мы и платим на торгу, — проговорил Ерш. — Возьмите их себе, желанные гости, в дар от нашего племени!

— Спасибо тебе, добрый хозяин, — твердо ответил Белозор, — но подарок твой слишком щедр, да и не смею я без дозволения моего князя принимать дары.

— Что ж, я спрошу у твоего князя, чем мы можем отплатить вам за добро.

А не скажешь ли, кстати, как получилось, что вы оказались в здешних местах? Ради забавы вы ехали, или по делу какому? Ведь не случайно вы вышли на нашу тропинку?

Белозор и рад был бы ответить, что именно понадобилось им в этом крохотном поселении, но этого он не знал и сам. Оставалось надеяться, что скоро поднимется с постели живой и здоровый князь — и сам ответит на все вопросы.

И вот Белозор третий день бродил вокруг той хижины, где ведунья творила свою волшбу.

Стукнула дверь, и в следующий миг юноша уже стоял у самого крыльца. Девушка, вышедшая из хижины, выглядела обессилевшей, но все-таки счастливо улыбалась.

— Он будет жить! — звонко сказала она. Ее голос услышали, из соседней избенки выбежали остальные ярунцы. Подошли и люди из племени, с надеждой глядя на ведунью. Белозор не мог вымолвить ни слова, только поднялся на крылечко и схватил ее за руки. Но девушка и без слов его поняла.