Белая Пташка

Пройдя по коридору Защитников, Ричард поднялся на эшафот и в четыре шага оказался рядом с Лили. Корнелия видела, как та что-то кричала ему, вырываясь, пытаясь коснуться его. Защитники оттащили Лили к плахе, один из них принялся затягивать на её теле ремни. Бедняжка кричала и извивалась не переставая.

Ричард поднял топор.

— Если правая рука предаёт тебя, — отруби её!

Барьер не пропускает звуки и Корнелия не слышит его слов, но точно знает текст церемонии.

Топор опускается и обрубок падает на доски.

Нельзя зажмуриться, нельзя отвернутся, но можно отвести взгляд.

Корнелия смотрит на Файно, — та глядит на Лили не отрываясь. Спина прямая, натянута, как струна. Кузина больше не смеётся, пусть лица и не видно, но Корнелия уверена, в нём ни кровинки.

Служитель Первых отступает от Лили, кровь остановлена, можно продолжать.

— Если левая рука предаёт тебя, — отруби её!

Всё повторяется снова. Обезумевшую от боли и страха девушку держат двое Защитников.

Корнелия моргает. Недопустимо долго держит глаза закрытыми.

«Слава Первым, я ничего не слышу. Это сущий кошмар, но толпа ликует каждый раз, стоит топору опуститься».

— Если правая нога предала тебя, — отруби её.

Всё по кругу. Лили извивается, её лицо искажено безумием и болью. Вокруг всё залито кровью. Ужасающее зрелище.

Топор опустился.

Служитель Первых залечил рану.

— Если левая нога предала тебя, — отруби её.

Корнелия до боли сжала подлокотники кресла.

«Отец будет недоволен, вновь скажет, что я слабохарактерная и мне будет тяжело принимать решения в сложных вопросах.

Осуждать людей на смерть и отправлять на войну…»

Принцесса вновь закрыла глаза, задерживая тьму на мгновение дольше обычного.

«Наверное, вот так тьма и проникает в несчастных. Капля за каплей, и ты уже не различаешь, что хорошо, а что плохо. Где добро, а где зло, руководствуясь только своей выгодой. Ведь если в мире всё так запутанно, есть ли смысл…»

Наконец, финальная часть казни. Ричард поднимает вверх правую руку и раскрытой ладонью касается лба Лили. На её лице расцветает круглая печать, узоры рисуют линию за линией, и казнённая засыпает.

Но сон тот подобен смерти. Пустой и чёрный, как забвение.

Повинуясь заклятью, плаха рассыпается, собираясь вновь жутким прямоугольником гроба. Защитники берутся за ручки унося его с помоста. Сегодня же вечером процессия отправится к Синим Скалам: Служитель Первых, четверо Защитников, что исполнили приговор и десять солдат из простолюдинов. По прибытии будет исполнена финальная часть казни.