Время меняет всё

— Нет, но я так тебя подставил, — жалобно вздохнул Гарик. Его куртка как обычно источала лишь машинные запахи. — Пошли.

— Куда? — оторопела я, когда меня, не выпуская из объятий, потащили вниз.

— Ко мне домой. Я там всё объясню, — поведал напарник, продолжая изображать храбрый буксир.

— Постой! — Чтобы меня послушали, пришлось упереться на месте и схватиться за перила. — Я устала, давай поговорим завтра? Чёрт возьми, ты можешь у меня заночевать…

— Нельзя, — решительно отрезал Гарик. — Ты и сейчас рискуешь…

Посвящать меня в детали оборотень явно не собирался.

Но если бы захотел, то мог применить силу, а не стал. Подозревать его в коварстве даже смешно, и тем более, после того, как он пришёл в чём-то покаяться.

— Ладно, — сдалась я, — но только попробуй от меня что-нибудь утаить.

Напарник лишь кисло усмехнулся, словно услышал несмешную шутку, и молча стиснул мою ладонь. Он понимал, что я слишком хорошо его знаю и ворчу лишь по инерции.

Добираться до его дома пришлось на такси, поскольку жил Гарик слишком далеко от меня и по дороге я даже задремала.

По приезду меня разбудили, неуклюжей попыткой донести на руках.

— Дойду сама, — сонно пробормотала я, тем не менее, воспользовавшись незаменимой поддержкой напарника.

После дрёмы я ощущала лёгкое головокружение, а кругом была лишь непроглядная темнота, вконец усугубившая способность ориентироваться в пространстве. Однако оборотень чувствовал себя вполне уверенно, судя по скрипу, отворив передо мной калитку, чтобы не врезалась.

Насыщенная выдалась ночь, и в тёплом доме меня окончательно разморило. Несмотря на природную выносливость, Гарик сам выглядел неважнецки. Разувшись, мы просто присели на диван в его гостиной, собираясь с мыслями, после чего я внезапно обнаружила, что у напарника довольно уютное плечо. И заключалось ли дело в этом или я просто сильно устала, но остаток ночи прошёл без огненных кошмаров и демонов.

8. Визит с неожиданным исходом

Утром я проснулась в одиночестве, но заботливо закутанная в большое мягкое покрывало.

В комнату, где спала, просачивались соблазнительные запахи готовящейся пищи. Звуки, поначалу показавшиеся неразборчивыми, превратились в музыку, транслируемую местной радиостанцией. Гарик почти не расставался со своим стареньким радиоприёмником.

Тихонько поднявшись с дивана, я перегнулась через низкий столик у подоконника и выглянула за шторку. Ставни оказались запертыми, но сквозь узкую щель пробивался солнечный свет.