Просто фанатка

Зачем он мне нужен, я поняла у придорожной таверны, оставленной далеко позади. Видимо, провожатый мог подсказать, как наилучшим образом избежать опасности, подстерегавшей в нави, пусть я и не слишком боялась неприятностей.

Глупо было бы рассчитывать, что дорога постелится скатертью, коль скоро я затеяла не самое простое дело. Многие и вовсе назвали бы меня невменяемой, а моё намерение бредом сумасшедшего. На это мне было плевать. Значение имело только спасение Филиппа, и ради него я была готова сразиться с чем угодно.

Оказавшись у развилки шести дорог, я нахмурилась. Вот где совет пришелся бы как нельзя кстати. Выбрав неверный путь, я могла уйти сколь угодно далеко. Земли за чертой обширны — размерами не меньше мира живых, и я рисковала блуждать по неведомым дорожкам если не вечность, то неизмеримо долго.

Пришлось вновь пожалеть о скоропалительном решении расправиться со всадником. Я хотела немного освободиться от гнева, застившего глаза, посчитав встречу с тёмным духом удачной.

В конце концов, одним созданием тьмы меньше, одним больше — какая разница? Смерть задолжала мне и я чувствовала себя вправе спалить этот мир дотла. На деле, лишившись провожатого, я существенно усложнила себе задачу.

Пообещав себе впредь быть осмотрительнее и не рубить сгоряча, я огляделась. Спешить не стоило. Возможно, я и сама сумею разобраться, какую выбрать дорогу.

И, похоже, здесь удача улыбнулась мне. По левую сторону, сквозь неплотную стену сосновых стволов, куцых у основания, мне почудился свет.

Такой, что бывает от костра. Сойдя с дороги, я приблизилась к кромке леса, вгляделась в плотный сумрак. Действительно, янтарное сияние, не от костра, а скорее, из окон, мне не померещилось.

Подумав, что живший у развилки хозяин дома точно должен был знать, куда ведут дороги, я направилась глубже в чащу. И совсем скоро выбралась на утоптанную полянку перед добротным срубом, украшенным резными полотенцами и фигурной лобовой доской, узорчатыми наличниками, нарядными карнизами, струганой причелиной с рубленными уголками, каждый из которых имел отверстие.

Всё это великолепие венчал конёк в форме волка.

Настоящее произведение зодчества в такой глуши. Впрочем, изнанка была местом виданного и невиданного, так что вряд ли стоило удивляться.

Широкие окна с отворенными ставнями испускали золотистый свет —тот, что я приметила издали.