Легенда о казначее

После того, как свергнутый король скрылся из виду, рыжеволосая женщина отошла от окна и больше не вспоминала о нём.

  Опасаясь крестьян, которые могли бы узнать его по портретам, висевшим едва ли не в каждой сельской ратуше, мужчина свернул с тракта. Сначала он питался собранными у изгородей кислыми яблоками и тем, что можно было собрать в лесу.   Пить вместо баснословно дорогого вина приходилось родниковую воду.

  На руке изгнанника всё ещё был потускневший фамильный перстень, с которым он не желал расставаться.

А в кармане плаща покоился свёрнутый во много раз холст с милым сердцу портретом – единственное, что разрешили ему взять из дворца.

  - Скольких бед можно было избежать, - заметил новый король, захваченный потоком воспоминаний низложенного при виде любимых черт, - попроси ты меня тогда познакомить тебя с этой девушкой...

  - Былого не вернуть, - глухо проронил свергнутый монарх, вынимая холст из массивной золотой рамы.

  Так случилось, что путь по бездорожью привёл бывшего казначея к небольшому монастырю.

Прикрывая лицо капюшоном, мужчина поинтересовался, имя какого из святых носит место. Услышав ответ, он не без радости вспомнил, что здесь живёт его брат и попросил спуститься его.

  К ступеням монастыря спустился молодой епископ аскетического телосложения.

  - Рад, что ты пришёл сюда, брат, - тепло приветствовал монарх изгнанника.

  Не ожидавший такого мужчина отрицательно замотал головой.

  - Я всего лишь хотел попросить немного еды...

  Монах провел брата в обеденную комнату. Впервые за неделю, проведённую в пути, изгнанник наелся досыта. Хлеб, зелень, масло – немудрёная еда, казалось, ничего вкуснее в своей жизни бывший король не ел.

  - Оставайся, - снова вопросил епископ.

  - Зачем?

  - Загладить грехи, мой брат. Творец сохранил тебе жизнь для этого.

  - Изгнанник огляделся. Колоть дрова, отливать свечи, проводить службы и ежечасно молиться? Нет, это не для него.

  - Боюсь, что слишком много грехов на мне, - мягко отказался бывший казначей. – Столько, что не замолить и десятью жизнями здесь.

  - Люди редко прощают, - сказал напоследок священник. – Но Творец прощает всё и к этому же призывает людей.

  Братья попрощались у дверей. Епископ ещё долго глядел вслед уходящему гостю, с грустью осознавая, что в этой жизни не увидит больше брата никогда.