Когда грифон охотится

По-хорошему, жаль, что среди ее людей нет женщин — они бы сейчас здорово пригодились, чтобы помочь тем, кто пострадал от насилия. Но худо-бедно, Рей уговорил на это дело местных, не подвергшихся поруганию, жительниц, и сбагрил трясущихся девиц им на руки.

Вообще, стоило признать, что с ее вмешательством и непозволением Железному махать кулаками в ответ, ситуация в деревне выправилась. Мало-помалу до селян начало доходить, что если бы не она с Железным, то день сегодня мог закончиться куда хуже.

Дарет сначала занимался тем, что расставлял походные шатры впритык к подгнившим и наполовину выдранным воротам.

Можно было, конечно, занять дом старосты, но, сделав внутрь первый шаг и увидев труп зрелого мужчины на полу, Идель наотрез отказалась располагаться там. Вид изнасилованной девчонки — дочери погибшего — только усилил ее решимость. Вряд ли им предстоит провести в биваке больше, чем ночь. И, учитывая непредсказуемость поведения селян, эта ночь будет непростой. Дозор придется усилить.

Когда первые шатры были готовы, Идель отрядила Дарета с остальными расспрашивать местных и обшаривать деревню снизу-доверху: любая мелочь могла помочь определить подданство нападавших.

Еще одного человека, Рийствана, отправила разговаривать с мужчинами: обсуждать частокол, ворота, сигнальные вышки. Все это предстояло восстановить или возвести с нуля, раз уж Эмрис обещал подданным дармовое дерево.

Проходя вдоль поселения с седельной сумкой в руках, Идель в очередной раз переглянулась с рыжим и в немом движении спросила: что там?

— Пока ничего.

Леди кивнула и направилась наружу, к самому крупному из установленных шатров.

Обстановка внутри здорово напоминала времена серьезной давности: пара лежанок, походный столик и несколько складных табуретов, сложенных стопкой справа.

Эмрис сидел в шатре один. Раздетый по пояс, он растирал рану на плече какой-то вязкой зеленой субстанцией.

— Помочь?

— Замотать, если можете, — не стал отказываться Железный.

Идель прошла внутрь, бросила мешок на землю.

Сняла дорожные перчатки, взяла заготовленную короткую повязку, лежавшую рядом с куцей лампадкой, и без лишних слов управилась с делом. То, сколь буднично она это сделала, напомнило Железному слова леди:

«Вы бы ничем меня не удивили»

Крепким телом, видимо, точно нет.

— Рана не глубокая, думаю, вы знаете, — обратилась ее светлость, отходя от мужчины. — Но, признаться, не ожидала, что вы уделяете внимание даже таким повреждениям.

Эмрис принялся одеваться.