Пёс бездны, назад!

– Я не хочу жить.

– Бывает, – согласился бомж.

Девочка всхлипнула. Дед вдруг обнял её, она уткнулась в его драный ватник и разревелась. И узловатые пальцы погладили светлые волосы.

– Ты плачь, плачь, – шепнул старик, – слезами сердце очищается. Это плохо, когда человек не умеет плакать. Очень плохо.

– Я не знаю, как мне дальше жить теперь…

– Просто жить. «Я научилась просто, мудро жить, смотреть на небо и молиться Богу, и долго перед вечером бродить, чтоб утомить ненужную тревогу…», слышала такое?

– Нет.

– Ахматова, Анна Андреевна.

Непростая была женщина. И судьба у неё не простая. Да и не бывает их, простых судеб. И простых людей тоже не бывает. И свет, и тьма, всё перепутано в нас. Мы то тянемся к свету, то падаем во мрак…

– Баланс добра и зла?

– Нет такого баланса, девочка. Свет и тьма воюют, а не балансируют. Непримиримо воюют.

И они снова пошли вперёд. Осень продрогла и зубы её застучали.

– Возьмите меня с собой, – попросила она. – Я тоже стану бомжом. Не хочу больше ничего. Буду сидеть и просить милостыню на ступеньках храмов.

Греться на теплотрассах. И… и кошек кормить.

– Кошек кормить – это хорошо, – согласился он.

На Гренадерском мосту обнял её, закрывая полой ватника от резких порывов ветра.

***

Я в сто пятьдесят четвёртый раз набрала Осень. Дома её не оказалось. Матери тоже не было. Соседки ничего не знали, не ведали. И тогда я вдруг поняла, к кому сестрёнка могла пойти.

Яша поднял трубку сразу же:

– Да.

– Это Алиса, сестра…

– Я прочёл.

Точно. При звонке же сразу понятно, кто тебе звонит.

Я собрала остатки хладнокровия:

– Осень пропала… Она не у вас?

Меня трясло, и голос совсем по-детски рвался. Трубка молчала.

– Яша, вы меня слышите?

– Да. Вы сейчас где?

Я оглянулась. Но из-за туч и дождя было так темно, что я не смогла прочитать название улицы. Угрюмые дома, угрюмый серый город. Мокрый асфальт. Выдохнула:

– Это неважно. Она не у вас?

– Нет. Возвращайтесь домой. Я её найду.

– Я с вами.

– Нет. Перезвоню сам. Дайте мне три часа.

Максимум пять.

И он отключился. Я не успела сказать, что Осень не отвечает на звонки. Что у неё и вообще телефон отключен, что… ничего не успела сказать. Но если кто-то и найдёт сестрёнку, то это именно Яша. Не знаю, почему, но я была в этом совершенно уверена. Телефон снова зазвонил.

– Да, это я! – крикнула я в трубку. – Что Осень, она нашлась?

– Лиса, – зачастил Артём, – я созвонился с куратором поискового отряда Лиза Аллерт…

– Что? Какая Лиза?

– Неважно.