Один вздох до рассвета

– Не только ваш…

Она отвернулась… и неожиданно наткнулась на пару внимательных бирюзовых глаз, которые пристально наблюдали за ней.

– Леди Хранительница, – тихо и серьезно сказал Джедайт. – Поведайте нам то, что мы еще не знаем. Что произошло на самом деле?

Взгляд Сецуны еще больше помрачнел. Она глубоко вздохнула и начала говорить ровным, бесстрастным, почти суровым тоном. Этот способ уже сотни лет помогал ей унимать непослушное сердце. Только так она могла сейчас совладать с древней болью, которую вызывали у нее воспоминания.

– Была битва, – она остановилась на миг, затем продолжила: – Была битва. Земля напала на Лунное Королевство прямо во время праздника. Без предварительного объявления войны.

– Невозможно, – отрезал Кунсайт. Смертельная бледность медленно покидала его лицо, но голос был механически-отрывист, как у робота. – Терра всегда неукоснительно соблюдает… соблюдала законы чести.

– Терра – да, – ровно ответила Сецуна. – Негаверс – нет.

– К тому времени вся власть на Земле принадлежала Металлии, – тихо добавила Сатурн.

– Берилл? – резко спросил Джедайт.

– Да.

Секунду все помолчали. Потом Нефрит тихо попросил:

– Продолжайте, леди.

– А, собственно, и продолжать нечего, – бесстрастно ответила Плутон. – На нас напали. Луна сражалась, но даже объединенного удара всех планет было бы недостаточно, чтобы остановить Металлию. Он просто поглощал любую атаку, только становясь сильнее. Ему потребовалось не больше часа, чтобы…

Она замолчала и отвернулась, проводя пальцами по резьбе тяжелых створок.

– Когда все закончилось, жизни больше нигде в Системе не было. Кроме Земли… если ее тогда можно было назвать живой, конечно.

– Планеты… погибли? – потрясенно выдохнул Нефрит. – Совсем?

– Из десяти прежде живых планет сейчас осталась только одна, – голос Сецуны прозвучал неожиданно резко. – Земля. Остальные мертвы.

На несколько минут вокруг повисла звенящая тишина.

…Бескрайние золотые степи Венеры, древние реликтовые леса Юпитера, алые пески Марса, где в оазисах прятались глубокие, как ночь, озера, теплые прозрачные моря Меркурия, сады сказочной Луны, синие океаны Нептуна…

Раскаленный камень. Мертвый лед. Ядовитый газ. Пустота.

Пустота, перед которой бессильны любые слова.

И голос Воительницы Времени казался продолжением этой пустоты:

– Ее Величество… наша королева ушла последней.