Один вздох до рассвета

Он роняет голову на колени, и, скорчившись, зарывается пальцами в остывший пепел.

Небо над ним молчит. Тяжелое, темное небо, оскверненное смертью, затянутое дымом сожженных надежд.

И ветер умолкает вслед за ним.

Ему нечего сказать тому, кто убил свою душу.

***

… Они ушли.

Певучие имена, грациозные тонкие руки, обманчиво хрупкие ладони, с легкостью укрощающие силу стихий. Чистые глаза, яркие, смеющиеся и… мудрые. Улыбчивые губы. Горячие сердца, нежные, любящие – любящие, несмотря ни на что.

Четыре принцессы погибших планет.

Девочки, которые ушли из жизни, не склонив головы и не прекращая верить.

Ушли – так, как и жили.

Ушли непобежденными.

… И они тоже умерли вместе с ними – четверо когда-то сильнейших воинов Терры, а теперь – четыре тени, потерявшие себя. Коршуны с подрезанными крыльями, пойманные в клетку собственной гордости. Птицы, которым больше не подняться к небу. Небо отвернулось от них.

Победители, ставшие побежденными.

… А потом была волна радужного огня, накрывшего мертвую планету со скоростью вздоха. Был свет, не дающий теней, и для этого света не существовало преград, он выжигал, растворял, испепелял…

И разбитые камни прозрачно светились в розовом мареве, и дико, яростно кричала Темная Королева, и неистово выл Металлия, из чьих когтей в последний миг ускользнула вожделенная жертва.

…И уже исчезая в этом пылающем свете, они надеялись только на одно, и одного только желали – умереть.

Но смерти не было. Была бесконечная свинцовая хмарь, и серое небо из камня, и бесшумно скользящие тени с мертвыми, тускло светящимися глазами. И сами они были одними из этих теней, и холод давно уже проник им до самого сердца, а сердце давно уже не билось.

И время тянулось глотками горького пепла – в серой мгле не было ни дней, ни ночей. Не было ничего, кроме льда, пустоты и ненависти.

…А потом снова были сражения. И безумие, и страх, и ярость.

И тонкие, изящные девичьи тени, чье присутствие странно тревожило, вызывая образы, непонятной болью скользящие по краю памяти.

И черная бархатная тень, бесшумно парящая в ночи, и печально-неистовые синие глаза в прорезях маски. Беспощадно знакомые глаза. Ни у одного из четверых не поднялась рука в открытом бою нанести этому врагу смертельный удар.

…А потом была смерть. Их собственная, одного за другим. Такая долгожданная смерть, которая пришла так поздно, что даже не принесла облегчения.