Отражения. Миттельшпиль

Я успела сбежать в коридор, прежде чем магия начала выворачивать мне пальцы.

— Лёд? — уточнила Антея.

— Да, — я кивнула и добавила с усмешкой, скорее горькой, чем злой. — Дары зимы, как вы сказали.

— Но ты смогла удержать силу?

— Мне помогли, — и я рассказала ей про леди Филиппу.

И про то, как магия стекала с моих пальцев, похожая на искрящееся расплавленное серебро.

— Такое уже было однажды, сразу после того, как, ну…

— После того, как с тобой случилась некая неприятность, — подсказала Антея. — Тебя поцеловала зима.

И ты ходила, как переполненный сосуд с чистой, бесконтрольной Силой, до тех пор, пока не случилось что-то, что заставило ее выплеснуться наружу.

Я кивнула и нервно сглотнула. И взяла в руки чашку с остатками кофе.

— Ты волновалась, мало спала и выпила чашку пунша на голодный желудок. Я не буду осуждать, милая, — рука Антеи почти ласково сжала мое запястье. — Но это прекрасная иллюстрация того, как нездоровье тела влияет на способность колдовать. Страхи, желания или душевные потрясения тоже могут провоцировать всплески Силы — или блокировать ее на время.

Тебе нужно чаще использовать чары, — к Антее вернулось ее почти кошачья ленивая грация. Она взяла еще один кусочек сыра руками, а не вилкой, и опять макнула его в мед. — Так ты закрепишь в себе, хм, некоторые привычки. Наше тело может запомнить движения танца, например, или научиться падать так, чтобы смягчить удар. Запомнить, как творить магию, тоже можно. Но нужна практика.

Практики у меня было мало — по понятным причинам.

Мне словно бы дали в руки хрупкое и опасное сокровище, держи, мол, владей им, используй, а я застыла, как дурочка, потому что боялась и сломать его, и сломаться сама.

— И леди Филиппа права, — продолжила Антея. — Нужно уметь успокаиваться, если случается что-то такое.

— Д-да, — рассеянно кивнула я, размышляя о том, успела ли леди Филиппа растрепать кому-нибудь все, что произошло в том коридоре. — Я вчера смогла это сделать. Кондор сказал то же самое. Что если сможешь один раз — сможешь и во второй.

— Хочешь в этом убедиться? — спросила Антея, чуть откинувшись назад и глядя на меня из-под ресниц.

— Я вчера… убедилась, — я посмотрела на столешницу — на обработанные и затертые до гладкости светлые доски.

И замолчала, потому что не знала что сказать, но чувствовала, как краснею.

— М? — Антея снова подвинулась ближе, облокотилась на стол и попыталась посмотреть мне в лицо. — Что еще случилось, леди Лидделл? Рассказывайте.