Отражения. Миттельшпиль

Джейна отвернулась, стараясь не думать о том, кто сейчас стоит перед ней, злой, как рой растревоженных пчел. Чувствовать, что на тебе срывают злость, было унизительно, и Джейна боялась не столько гнева принца, сколько того, что она сама сорвется — и либо ответит ему, либо расплачется.

— Феликс, хватит, — голос Антеи прозвучал строже.

— Действительно, — принц отстранился и одернул сюртук. Он стал спокойным, как по волшебству. Словно эта внезапная вспышка гнева была игрой. — Паршиво вот так, на ровном месте срываться на кого-то, кто даже не может тебе ответить.

Мне стоит извиниться перед вами, леди гувернантка. Как вас там?

— Джейна Бронкль, ваше высочество.

Щеки пылали и глаза щипало, и Джейна смотрела себе под ноги.

Рядом, в поле зрения маячили изящные фиолетовые туфли принца.

— Я точно слышал это имя, но не помню где, — почти промурлыкал Феликс. — Впрочем, я каждый день слышу десятка три имен, которые мне лень запоминать. Мне жаль, Джейна Бронкль, что я так несдержан, когда слышу формальные вежливые глупости.

Пожалуй, пойду, пока вы не наговорили еще какой-нибудь ерунды о благодарности, милосердии и доброте моей семьи, — он шагнул, чтобы обогнуть Джейну, но задержался на миг — и заправил выбившийся локон ей за ухо. Так, что палец коснулся шеи. — Ненавижу лесть. Даже больше, чем тупость. Увидимся, леди Альбская!

И он ушел, а Джейна не сразу поняла, что прикусила губу так сильно, что зубы едва не впились в кожу.

За журчанием воды раздался еще один звук — еле слышный глухой удар, это кошка спрыгнула с коленей хозяйки и устремилась куда-то в глубину зеленой тьмы.

— Что же, — пробормотала Антея почти рассеянно, и Джейна вспомнила, что она тут не одна. — Его высочество склонен к злым выходкам. Мне жаль, леди Бронкль, что вам не повезло встретить его в первый же вечер. Как там Амелия?

Джейна вытерла рукавом полившиеся из глаз слезы.

— Когда я уходила, она лежала лицом к стене, и делала вид, что хочет спать, — сказала она, поднимая взгляд. — Но я боюсь, как бы она не попробовала сбежать или…

На лице Антеи Альбской отражалась искренняя тревога и даже, кажется, сожаление.

— Не бойтесь, леди Бронкль, здесь есть, кому присмотреть за принцессой, чтобы она не натворила дел, — Антея встала со скамьи и отряхнула колени. Она была одета в простое платье странного фасона, почти как на картинках, изображающих моду Чи, с длинными рукавами и запахом на груди. — И чтобы она действительно заснула. А я пока покажу вам, как здесь все устроено.