Зверь и я

— Открыто, — сказал Тодор, стараясь придать голосу больше невозмутимости.

Все его сомнения по поводу правильности решения вытеснила собой вошедшая женщина. Он читал на ее лице неловкость, смущение, и даже робость, она была такая живая! Оборотницы, превосходящие ее и по силе, и по сноровке, обладающие магией, меркли в свете ее живой мимики и говорящей улыбки. Разве ей место в его жестоком мире? Нет, она заслуживает большего: любить и быть любимой.

Хотел бы и он того же? Безусловно. И глядя на нее, он понимал, даже скорее чувствовал, что неосознанно лишает себя чего-то очень важного.

Поэтому он ни капли не жалел сейчас о своем выборе и об этом вечере.

Он же альфа, он руководит всеми волчьими кланами, значит сможет обуздать глупые флюиды и эмоции. Он лишь попробует хоть разок, хоть представит, каково это быть обычным человеком или оборотнем, существом, чье сердце вольно поступать как хочет, а не как должно.

— Проходи, — тепло улыбнулся Тодор своей гостье.

Виктория шагнула через порог и сделала несколько несмелых шагов в его сторону, но наступив на длинный рукав, кто их вообще придумал такими, споткнулась.

От встречи с паркетом ее спасла только молниеносная реакция альфы, успевшего быстро подхватить девушку. И теперь прижимая ее хрупкую фигуру к себе и помогая встать на ноги, он вдруг подумал, что не так уж и плохи эти рукава. Можно даже длиннее сделать!

—Спасибо, — покраснела Виктория. — Я совсем не привыкла к вашей одежде.

— А что носят в твоем мире? — хотелось отвлечь сладкоежку, но и на самом деле было интересно.

Даже бегло взглянул на свое отражение в глянце стола: обычные брюки, рубашка, жилет. Может ей что-то не нравится?

— Ну, в нашем мире девушки не носят такие платья, — ответила Виктория, присаживаясь на предложенный стул. — Мы предпочитаем более комфортную одежду, более открытую.

Тодор бегло осмотрел ее наряд и непозволительно долго задержался на декольте. Неужели она носит еще более откровенные платья?

— Я привыкла к платьям до колен, они гораздо удобнее, — разрушила она все его фантазии следующей фразой.

Но он был этому даже рад, хотя бы потому, что ему ужасно не хотелось думать, что она разгуливает в нарядах, услужливо подсказанных его воображением. О, нет, в таких надо не разгуливать.

— Может вина? — мужчина старался быть гостеприимным хозяином, а еще старался не выдать маленькую тайну, что у него такой романтический ужин впервые.

— Да, немного, — отозвалась девушка, обнимая себя руками.