Закатная звезда Мирквуда

Его бережность и трепет, не свойственный опытному коневоду, потерявшему всех родных во время чумы. Его выдержку и силу воли, благодаря которым он смог прожить годы в разлуке. Он отчаянно любил свою зеленоглазую лесную ведьму, а она принесла ему боль, оставив.

На скомканном листе слова опять не те,

Сплетая жемчуг фраз, сплетая в нить сердца,

Сплетая в нить сердца.

Под тенью древних стен с щитом иль на щите

Мы принесли обет – быть верным до конца,

Быть верным до конца.

И всё же Андунээль не выдержала.

Снова оказалась на его пороге, когда смоляные волосы рохиррим⁶ посеребрило время. Но он был так же хорош собой. Её мудрый мужчина, отказавшийся от щедрого предложения продлить годы за счёт силы эллет. Гордый и бесконечно любящий свой дар богов, как он называл Андунээль, он не хотел обманывать смерть с помощью её дара. И он не желал для любимой человеческой жизни, понимая, что своим чувством только ранил её.

Не прощайся со мной, я иду далеко – до границы миров,

Дальше края небес, вслед за девой-весной, далеко-далеко.

Самородным серебром раздавая смех,

Чтоб все за одного, а один за всех.

Верест умер у неё на руках. Без боли и страданий. Ложась в одну из ночей на кровать, он опустил уже полностью седую голову к ней на колени и улыбнулся, сказав, что его время пришло, а потом закрыл глаза и уснул навеки.

Разбитая горем, Андунээль сожгла его тело и вернулась под опеку Владычицы Лотлориэна. С тех пор она никогда больше не была в Рохане.

Не видела Медусельда⁷ гордо возвышающегося на зелёной террасе у самой вершины горы, крыша и столбы которого, казалось, были покрыты золотом. Она вообще перестала покидать Лориэн, давая времени возможность если не излечить себя, то хотя бы притупить боль и унять горечь.

Сквозь неприступность скал, сквозь плен чужих зеркал

Последний ломкий луч бесценного тепла

Бесценного тепла.

Как знамя свернут бал, пустынный темный зал

И не закрыта дверь за той, что вновь ушла,

За той, что в ночь ушла.

Едва не порвав струну на последних аккордах, она словно очнулась, когда магия песни истаяла в ночной темноте. Растерянно моргнув и оглядевшись, наткнулась на прикованные к себе взгляды всего отряда и тяжело вздохнула, запоздало поняв, что по щекам текли слёзы.

Смущенная неловкостью ситуации, Андунээль опустила лицо, торопливо смахнула с ресниц капли и вытерла влажные дорожки. Всего пара мгновений и на её лице царила мягкая улыбка.