Закатная звезда Мирквуда

Ей больно было осознавать это, а каково же ему было жить с этим?

Осторожно присев на край перил, Андунээль сделала глубокий вдох, прежде чем заговорить о том, о чём, быть может, следовало молчать. Не ей объяснять королю Мирквуда, как строить отношения с сыном. Поэтому эллет воспользовалась другим путём, мешая полунамеки с откровенностью.

— Отчего-то аранэн считает, что вам безразлично его присутствие, — усмехнувшись, она прикрыла глаза и отрицательно качнула головой, после чего с улыбкой посмотрела на таура.

— Он, конечно, ошибается.

— Вы так уверены? — холодом повеяло от него, но Андунээль только шире улыбнулась в ответ.

Она отрицательно качнула головой, различая то, что было в Трандуиле напускным, и то, что шло от сердца. Даже если это пугало её.

— Я прожила всего на сто шестьдесят шесть лет меньше вашего, Владыка, — горделиво произнесла эллет. — Меня не обманешь притворным безразличием, за которым скрыто священное желание родителя оберегать своего ребенка от любых бед.

— Вы проницательны, — мягкая улыбка преобразило его лицо, но в потемневших глазах застыла настороженность. — Почему вы избегаете меня?

Вскинув взгляд, Андунээль хотела было сказать, что это не так, но тут же остановила себя. Приоткрытыми губами хватив воздух так, словно его недоставало, она была не в силах признать, что искажение заставляло её желать того, что никогда не принадлежало и не будет принадлежать ей. Тысячелетиями она старалась сохранить в себе свет первоначального замысла Эру, силой протекающий по венам, а теперь готова была сдаться, отдавшись в бархатные объятия тьмы.

Душа испуганной птицей билась в тисках тела. Глупая птаха кончиками крыльев тянулась к Владыке и в то же время отчаянно не желала сдаваться на милость искажения.

В какой-то момент эллет нашла единственно верные слова, которые объясняли даже больше, чем она хотела бы.

— Потому что это правильно.

Голос её был тверд, взгляд полон решимости, но руки выдавали с головой.

Они будто бы жили своей жизнью. Беспокойные пальцы один за другим отрывали шипы и бросали их с балкона на отвесный склон, внизу которого протекала быстроводная река. Кажется, она даже не замечала этого, в то время как Трандуил внимательно наблюдал отрывистыми движениями.

Внимание было вознаграждено, когда Андунээль тихо зашипела, уколовшись о предпоследний острый шип. На подушечке большого пальца тут же выступила алая капля.