Хранительница реки

На прощание он хитро улыбнулся и пробормотал что-то насчёт бестолкового оборотня, который хочет взвалить на свои плечи ношу не по силам.

Киккава высыпал из нескольких мешочков монеты прямо на землю, нисколько не заботясь о том, что некоторые из них могут затеряться в траве. Он задумчиво перебирал их, глядя на то, как солнечные лучи играют на желтом металле. Ничего не пришло ему в голову. Более того, порой в памяти всплывали слова Року о том, что настоящую любовь купить невозможно.

После этого Киккава отбрасывал монеты в сторону и полный досады и близкий к отчаянию решался вообще обойтись без них, вот только, что именно он мог бы предпринять, всё равно не шло ему на ум.

Так он просидел до самого вечера, но и с наступлением темноты никакая мысль так и не осенила Киккаву. Небольшая кучка монет посреди поляны смотрелась жалко, а когда солнце скрылось и они перестали блестеть, ему и вовсе стало стыдно за то, что он мог связать свои надежды с таким неверным помощником.

Сгустилась темнота, взошёл молодой месяц. По небу ползли облачка и ночь сегодня была не столь яркой и загадочной, как вчера. Это ещё более удручающе подействовало на оборотня. Впрочем, он подумал вот что: бывает ведь, что все вокруг складывается против тебя, дела валятся из рук и, кажется, что ни на какую удачу рассчитывать уже не приходится.

Однако настаёт решающий момент и после всех неудач улыбается счастье. Так что, когда на реке вновь сгустился волшебный туман и в его мягких и нежных завихрениях показался силуэт девушки, Киккава был почти уверен, что вот сейчас-то он сможет себя показать.

Облако стелилось над водой и дева легко шла по волнам. Она насмешливо посмотрела на оборотня. Тот приосанился и, как и вчера, попытался завязать разговор:

- Привет тебе! Как твоё имя?

Она не отвечала ему, проплывая вместе с туманом мимо.

- Меня зовут Киккава, - заявил оборотень.

На этом его идеи закончились и ему не шло в голову, о чём бы таком еще поговорить. Кроме того, дева продолжала двигаться дальше, даже не пытаясь остановиться и хоть как-то поддержать разговор. Это привело Киккаву в панику и он начал судорожно придумывать, что бы такого ему ещё спросить или сказать.