Моё имя

Я думала, что сейчас она извинится или же уйдёт, ничего не сказав, но вместо этого Глэдис подняла правую руку и отвесила Нату пощечину, которая вовсе не уступала (а может и перевешивала) недавно полученную ею. На секунду я задумалась о том, может ли гнев и злость прибавлять телу физической силы, но уже спустя мгновение выбросила из головы подобную ерунду. Я переводила взгляд с тяжело дышащей Глэдис на полностью обескураженного Ната и обратно. Пожалуй, не знай я всей предыстории, то наверняка подумала бы, что передо мной ссора любовной парочки.

Не знаю почему, но подобная мысль оказалась столь неприятной, что я машинально, не обратив на это никакого внимания, стала сжимать кулаки.

Глэдис ещё раз с упрёком взглянула на Ната, прошептала: «Какой же ты дурак, Нат Орсон!» и скрылась за поворотом, больше ничего не сказав. Вдруг я подумала, что Нат, возможно, последует за ней, но, к моему большому облегчению, он этого не сделал: парень пристально смотрел на меня, между тем потирая покрасневшую щёку.

— Пожалуй, это было заслуженно, — сказал он скорее себе, чем мне.

— Мог бы и промолчать. Знаешь же, что меня не заботит мнение окружающих. Да и не могу утверждать, что всё сказанное ею было неправдой…

— Зато я могу, — улыбнулся Нат, беря меня за руку. — Ты куда лучше, чем привыкла о себе думать.

На это мне не нашлось, что ответить. Нат всегда видел во мне лишь хорошего человека, закрывая глаза на очевидные факты. Возможно, это из-за того, что он сказал мне тогда, из-за того, что он меня любит. Не знаю. Не уверена: я-то никогда никого не любила.

Наконец вспомнив, с чего начался весь этот дурдом, я разорвала столь хрупкое прикосновение. Если Ната подобное и задело, то он не подал виду.

— Что ты вообще здесь делаешь?

— Могу задать тебе тот же вопрос.

— Были дела, но я уже ухожу.

— Какие ещё дела? И что у тебя в волосах? Ты потянулась к ним, когда я к тебе прикоснулся...

— И то, и другое — не твоё дело. Да и вообще: это не лучшее место для разговоров. В этом городе слышать способны не только стены, но и сам воздух.

Глэдис и так уже накричалась на славу, и я могу лишь удивляться тому, что вокруг нас нет толпы зрителей!

Повернувшись лицом к дороге, от которой меня отвлекли столь наглым образом, я ускорила шаг по направлению к выходу. Нат попытался возразить, сказать нечто вроде «эй, подожди», но, в конце концов, за мной не последовал. За это я и ценю своего друга: даже в самых сложных ситуациях он способен трезво думать и выбирать лучший для всех вариант.