Моё имя

Может, я был слишком жесток?

«На, получай ещё», «чёртово отродье», «зачем ты вообще живёшь», «сдохни уже поскорее», «ненавижу твои чёрные волосы», «не приближайся ко мне на публике», «твой грех уже в том, что ты появился на свет».

Жесток? Вовсе нет. Мне ещё очень далеко до той бездны ненависти, что кипит внутри тебя, Пандора Анж. Но я уж постараюсь к ней приблизиться.

— Стой. Забыл тебе кое-что сказать. Я хочу, чтобы ты подобрала Аде платье из своего гардероба. Фигура у вас примерно одинаковая, так что, думаю, с этим не возникнет проблем.

Дашь ей то, что она сама выберет, а то я не сильно доверяю твоему чувству стиля.

— Зачем это?

— В смысле, «зачем»? Для бала Анжей, конечно же! Чему это ты так удивилась? Подожди-ка, разве я тебе не говорил? Ада идёт на это мероприятие вместе со мной, и я хочу, чтобы она затмила всех на нём, — как-никак, она спутница самого короля.

На это Пандора ничего не ответила. Думаю, она просто не нашла, что ответить. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, королева не направилась, но бросилась к выходу.

Наступив при этом, на слишком длинное платье, и, кажется, даже слегка порвав его, Пандора скрылась за поворотом.

Чувствовал ли я радость? Нет. Сожаление? Тоже нет. Мне просто стало интересно: в моменты, когда те двое издевались надо мной, даже не думая о том, чем это может обернуться для них в будущем, было ли у меня то же выражение лица, что и у Пандоры сейчас? Если да — то выглядел я действительно жалко. Ада говорит, что для того, чтобы жить дальше, надо просто принять того слабого и беззащитного мальчишку-Сирила, которым я был раньше.

Но на самом деле сделать это не так уж и просто.

***

Я надеялся хоть часок отдохнуть после столь трудного разговора с Пандорой, но не тут-то было: буквально через минут двадцать после его окончания кто-то постучался в мои двери из чёрного дерева. Три слабых удара, а затем один сильный — так стучится только Лудо.

— Заходи, — крикнул я ему, уже вставая с кровати.

Когда дверь распахнулась, на пороге действительно стоял Лудо Девериус, вот только совсем не похожий на себя обычного.

Его внешний вид, как, впрочем, и всегда, был замечательным (если не сказать идеальным), вот только нервные движения рук, а также искусанная чуть ли не до крови губа выдавали настоящее состояние брата. Лудо был взволнован. Действительно взволнован.

— Что-то случилось? — спросил я без лишней тактичности.

— Пока не знаю, ваше величество, я пришёл к вам как раз-таки за тем, чтобы это выяснить.