Нежность против вражды

- Кто ты такой, чтобы я шел позади тебя? Это я почетный член городского совета! Я требую исполнения моих привилегий! - грозный бас лорда Лонгман разносился по церкви, заглушая все остальные звуки, включая и наш тихий разговор.

- Это я требую соблюдения моих привилегий, Риган! - скандал между лордами набирал привычные обороты.

Я, встрепенувшись, стала выглядывать в дверную щель, опасаясь, что в исповедальню кто-нибудь ворвется и застукает меня за чревоугодием.

- Не волнуйся, - пытался успокоить меня Робин.

- Это надолго!

- Откуда ты знаешь? - с недоверием отнесясь к его заверением, засомневалась я, не переставая настороженно прислушиваться к доносящимся до нас мужским воплям.

- Этот громогласный обряд прохождения по центральному проходу церкви и усаживания на лавки неусыпно проводится каждое воскресенье и продолжается уже много лет подряд, - шепотом пояснил с усмешкой парень.

- А вдруг они ворвутся к нам и обнаружат здесь твое присутствие? Как меня просветили сегодня утром, для мужской репутации это будет плюсом, а вот для моей - все окажется фатально, - переживала я.

Робин уже давным-давно покончил со своей частью пирога, он приблизил свое лицо к окну и, выглядывая из-под капюшона, еле слышно произнес:

- Наши отцы так заняты друг другом, что остальные находящиеся в церкви люди для них не существуют. А священник будет стоять испуганным истуканом подле них, пока они не закончат скандал, боясь оскорбить важных лордов своим несвоевременным уходом, - затем заговорщически добавил.

- Кто же тебе открыл эту страшную тайну по поводу непогрешимости мужской репутации?

Игривая манера общения Робина меня забавляла. Я, так же как и он, приблизилась к окошку в разделявшей нас перегородке и таинственно зашептала:

- Братья, когда они разъясняли смысл распускаемых о нас с тобой мисс Веноной сплетен. Ты знаешь, мне стало до жути обидно. Я всего лишь угостила тебя среди беда дня на глазах толпы свидетелей, в числе которых были мои родные братья, чашечкой обыкновенного цветочного чая, а меня записали в последние куртизанки.

При этом ты остался все тем же порядочным молодым лордом Лонгман! Где, спрашивается, справедливость? - негодовала я, шепча свои возмущения ему практически прямо в губы.

Взгляд юноши блуждал по моему лицу, а его губы не покидала по-мальчишески задорная улыбка.