О чем поет вереск

Теперь, рассорившись окончательно, семьи требовали немедленно вернуть или примерно наказать беглецов.

Мидир углубился в переплетения тысячелетних генеалогических древ и в сложности перехода сопредельных земель. Советник открыл перед королем очередной том – в дополнениях к Благому Слову нашелся один параграф, который мог решить исход дела, причем в пользу Дома Степи и Дома Волка разом.

Через несколько часов Джаред отправил документы в Новости трех миров. Мидир уже поднялся с места, когда услышал старательный мыслеслов начальника замковой стражи:

– Мой король, посмотрите сюда.

Перед внутренним взором Мидира открылась главная галерея – и он вскипел от злости. Этот Кроук сейчас не просто говорил с Этайн – он удерживал ее, а та что-то втолковывала неуемному гостю с востока.

Волчий король сжал зубы, подавляя желание придушить наглеца – мало его Алан проучил! – показал картинку сидящему напротив Джареду, чтобы не выговаривал после, будто Мидир ни за что отправил этого прохвоста в мир теней.

– Вижу, мой король, – привычно холодно отозвался советник, пряча витой ромбовидный нож, служивший закладкой в массивном томе. – Магией вы покончите с ним за один удар клепсидры. Но лишать жизни наследника восточного рода в Лугнасад не очень гостеприимно.

– Лапать мою королеву тоже не гостеприимно! Хорошо, поучу его уму-разуму как зверь – зверя! Против этого мой советник возражать не будет?

– Ох уж эти волки, – Джаред осторожно закрыл тяжелый переплет, украшенный рунами нестарения.

– Алан, на дуэльную площадку его, – приказал Мидир.

Кроука не слишком вежливо потащила за шиворот невидимая рука. А Мидир шагнул и сразу оказался перед соперником уже зверем.

Ши, желающих взглянуть на представление, собралось много. Уж не Алан ли оповестил любопытных волков?

Начальник замковой стражи ничего не успел объяснить Кроуку. Тот в запале выскочил на желтый песок площадки и, обернувшись в прыжке, приземлился волком.

Восточник был черен, хорош собой, силен. Сдаваться без боя он явно не собирался. Драться, судя по всему, любил и умел. Не испугался Мидира, который в образе зверя был крупнее прочих, и не стал тратить время на устрашение, рык и прочую требуху. Прыгнул с ходу, не увидев – почуяв встречный рывок, и вот два волчьих тела сплелись в один клубок.

Восточник извивался, стараясь вывернуться из хвата противника и подмять его под себя.