О чем поет вереск

Мидир досадливо рыкнул: про ворота Джаред мог бы и не напоминать! Этайн приняла недовольство на свой счет, пролепетала виновато:

– Я… только хотела покормить птиц, а Кроук…

– Я не собирался винить тебя, моя желанная, – склонился над ее рукой Мидир. – Но, если ты вздумаешь расплакаться, я догоню его и оторву ему руку, которой он дотронулся до тебя.

Этайн, быстро вытерев слезы, отчаянно замотала головой и заверила:

– Я бы справилась. Он почти понял, что был неправ!

– Ты не должна ни с кем справляться, моя прекрасная, – Мидир подхватил Этайн под руку и повел на ужин, – особенно с волком, у которого разума не больше, чем у тушканчика.

– Ты запретишь мне выходить из покоев?

– Разумеется нет, дорогая, я не хочу стеснять твоей свободы. Если же урок не пойдет волкам впрок, я под угрозой смертной казни запрещу им смотреть на тебя. – Ты моя и только моя. Я слишком жаден?

– Нет! – Этайн рассмеялась.

Она шла, даря улыбки волкам. Особенно тепло поприветствовала Вогана, зарокотавшего ей о каком-то сюрпризе.

Но Мидир провел ее через трапезную дальше, в малый зал, где возле накрытого стола их ждали Джаред и Алан. Начальника замковой стражи, так и не нашедшего свою семью, волчий король тоже числил родней, то есть тем ши, которому можно верить безоговорочно.

По знаку Мидира, все расселись вокруг стола. Племянник сглотнул, Алан облизнулся.

– Подождем Мэллина. Вдруг успеет? – Слова короля заставили проголодавшихся волков убрать руки от приборов.

Этайн кутаясь в накидку из серебристой степной лисы, восторженно разглядывала лазуритовое убранство залы, резко отличающееся от антрацитового мрака Черного замка. Ярким ультрамариновым камнем с золотыми блестками были отделаны стены, колонны и пол. Когда-то Джаретт Великолепный создал эту обстановку для Синни, и нынешний волчий король радовался, что столь любимая матерью Лазурная палата нравится Этайн.

В зал с независимым видом вошел Мэллин.

– Привет честной компании! – отвесил он общий поклон.

– Приветствую тебя, о победитель комаров и мошек! – тряхнув головой, в тон ему ответил Мидир.

– Разделите с нами ужин, – мягко пригласила Этайн.

– Не стесняйся, – подхватил Мидир. – Ши поохотились на славу. Угощайся. Тут и…

Мидир не успел закончить, как появившийся Воган, тяжело отдуваясь, водрузил на стол огромное блюдо с половиной туши запеченного кабана.