О чем поет вереск

В голове брата творится сущий беспорядок. Хотя мысли его казались занятными, но иногда обескураживали. А пятнадцатилетнему принцу Дома Волка полагалось знать ответы на все вопросы.

– Они каменные и волшебные, а ты живой настоящий принц. На тебя все смотрят, ты не можешь подавать своим подданным дурной пример.

Мэллин, поспевающий за широким шагом брата, два раза подпрыгнул, чтобы забежать вперед.

– Неплавда! Они смотлят на тебя и на Мэлвина! А на меня пока можно не смотлеть! Я же маленький, – Мэллин серьезно кивнул, полагая, что аргументы подобрал самые убедительные.

Мидир не сдержался и фыркнул на застенчивую улыбку брата, не понимающего, что смешного он сказал.

Они уже миновали особенно оживленные коридоры, тут попадались только патрули, а внимательный взгляд на Мэллина сказал Мидиру – брат устал. И от этого дня, и от переживаний, и от того, что нет никому дела до самого маленького волка. Королевский статус играл с ними обоими дурную шутку, делая детство одиноким, тогда как любой другой ребенок в Черном замке не мог соскучиться или остаться без присмотра.

Мидир как-то произнес, что так ограждать от жизни собственных детей недальновидно. Отец, после стандартного наказания за дерзость, бросил: принц слишком молод, чтобы король прислушивался к его советам. И Мидир пообещал себе, что для него возраст никогда не будет препятствием к общению. Вот он бы своего сына даже в пятнадцать лет послушал!

Но брат набегался и теперь широко зевал, потирая глаза.

Брат обрадовался этому нехитрому действию так, словно Мидир одарил его самым сладким куском пирога.

– Вот ты вот, Мидил, настоящий волк! На тебя все смотлят, тебя все боятся, ты даже с папой сполить можешь, – уткнулся носом в шею и проговорил стесненно, едва слышно. – А я пока ласту…

– Вот именно, Мэллин, ты пока растешь, но расти тоже надо в правильном направлении.

Своя ноша не тянула, а обнимать этого болтливого волчонка Мидир втайне любил.

Комнаты всех трех братьев раньше находились рядом, но теперь, когда Мэрвину приходилось чаще бывать в центральной части замка, он перебрался в покои поблизости от королевских, принимал обязанности старшего принца, учился у отца, сопровождая его всюду.

Мидир скучал по брату, Мэллин был слишком мал, чтобы помнить старшего. Он не помнил даже мать, которой они лишились, когда Мэллину не было и трех лет.