О чем поет вереск

– Еще чего! Я непорядочный волк и горжусь этим! – надул щеки брат.

– Мидир! Мэллин! – Этайн, перестав смеяться, поклонилась. – Благодарю вас от души за обруч вашей матери! Жаль, что наше знакомство невозможно. Я уверена, память о ней дорога вам обоим.

– Для нашего короля ты тоже дорога, – выдал Мэллин. – Я перевожу, он всегда плохо владел языком.

– Мы уже почти опоздали в сп… в другое место, – раздул ноздри Мидир.

– Да-да, все опаздываете и опаздываете. – Мэллин поднял руку и пошевелил пальцами на прощание.

Волчий король, подхватив улыбающуюся Этайн под руку, повел ее в покои.

Обруч на ней смотрелся настоящей короной. И Мэллин был прав: чем-то неуловимо, как тень, призрак или мираж, но Этайн в этом обруче напомнила ему Синни.

Глава 20. Громобой и братский вой

За окнами Черного замка с новой яростью принялась бушевать гроза. Отдаленные, постепенно приближающиеся раскаты приносили с собой непрошеные воспоминания о смутных, темных временах изменения мира. Мидир не желал беспокоить Этайн, не хотел рассказывать про бытность свою старым богом, тем самым, одним из троих, черным, но и заснуть не мог.

Волчьи головы на стенах недовольно порыкивали в такт раскатам грома, взъерошенные птицы света сбились в кучу и словно бы потускнели, вспышки молний отражались яростным пламенем в глазах стражи, будоражили кровь. Мидир кивал на привычные приветствия, не выныривая из тяжких мыслей о том времени, когда подобным же образом ревел и грохотал весь мир ши, когда вода уходила в землю, а земля обваливалась во мрак и казалось, пришел конец всему.

Волчий король остановился и подставил лицо острым брызгам дождя, пытаясь избавиться от очередного, слишком явственного видения. Замер, вдыхая ледяную, с кислинкой, свежесть дикой, бурной даже для Нижнего грозы.

Этот мир все-таки устоял. И будет стоять столько, сколько необходимо.

Мысли Мидира прихотливо извивались, сплетая прошлое и настоящее, перескакивали с предмета на предмет; да он и не старался удерживать их.

Молния ударила рядом, ослепив и оглушив на миг, выбросив в прошлое…

…Три настежь открытых Окна во все три мира. Волчий король, огромный сердитый фомор и желтоглазый неблагой втроем тянут все стихии, связывают три мира, удерживая их от падения. Молнии, молнии, молнии… Желтые, белые, голубые, аметистовые! Они прошивают все вокруг, выкручивают жилы и нервы, пьют силу древних богов.