О чем поет вереск

– Воссоздать, но не сделать новое. Кое-что могут только любящие руки. А вы… – сняв перчатку, она коснулась руки Этайн. – Вы светитесь не только любовью, но и магической силой! Будьте осторожны с ней.

– Почему вы столь экономны с магией? Ведь ши могут пользоваться силой гораздо большей, чем владеют!

– Вы были травницей, моя королева. И знаете, что будет, если вырвать все растения сразу.

– Этайн, я умоляю вас, просто – Этайн! – взмолилась она. – Из Черного замка ушли женщины и дети. Мидир словно знал о грядущей войне! Я так скучаю по подругам… Мне, кроме Мэллина и Вогана, теперь не с кем даже поговорить, и я очень рада вашему появлению.

Я уверена, вы не станете краснеть при виде Мидира и пытаться затащить его в гостевую спальню под предлогом оборванного подола! Я испытываю к вам необъяснимую приязнь…

– В нашем мире любовь и дружба иногда проявляются сразу. Этайн, вы тоже понравились мне! Простите за прямоту. Как же вам здесь?.. Это же волки!

– Да, это волки.

Они едят мясо вместе с костями, и поначалу мне стоило большого труда не обращать внимания на этот хруст…

Этайн задумалась, а Мидир, возвращаясь памятью в прошлое, не мог приметить даже тени неудовольствия на ее лице.

– Вытягивают клыки, сверкают глазами… Но они также честны и преданны, а при внешней холодности полны страстей. Мидир же… Ох, Мидир! Иногда приходит с ночных прогулок и как есть обнимает меня. А потом ворчит, почему постель в листьях и хвое.

Мидир едва не выпал из разговора. Он – и не совершенен! Кем считали в Нижнем, особого значения не имело, но мнение жены внезапно стало ему дорого.

Надо будет припомнить Этайн при случае. Или… она любит и принимает его как есть, безо всякой магии? Что было еще более чудесно и ценно.

Этайн была так беспечна и весела, как… как в тот единственный вечер, когда доверяла ему как другу. Если бы она встретила его раньше Эохайда? Если бы!.. Мерзкий червяк сомнения грыз душу.

А если бы он отпустил Этайн? Верхний стал бы ему родным домом, он дал бы возможность Этайн узнать себя настоящего, и она могла – смогла бы! – полюбить его. Или нет? Этих кусочков истинной любви было бы больше. Или он потерял бы ее навсегда…

Грудь давило, воздух пропал, глаза жгло непонятно отчего.

Мидир выдохнул, привычно собираясь с мыслями. Что сделано – того не воротишь. В его силах лишь попытаться сделать Этайн счастливой.