О чем поет вереск

– Если не получится, надо будет открыть воронку побольше и уронить туда эту воронку поменьше, – брат достал из-за спины пару крепких дротиков, отливающих синим, один протянул Мидиру, другой оставил себе. – Я полагаю, свой меч ты бы не хотел пожертвовать миру теней за просто так.

– И почему мы даем этой твари подойти, напомни-ка мне? – Мидир принял оружие, продолжая держать меч наготове.

– А потому что тойнора не остановить, – брата передернуло. И открывать воронку в лесу не слишком удобно.

– Но не хочешь же ты сказать…

Но тут Мэллин схватил его за руку, указывая наконечником дротика в сторону леса.

– Вон он! Чует магию, гадина! А мы сейчас самые лакомые! Если тойнор присосется к Черному замку… – глаза не отрывались от крупных, извивающихся кольцами фиолетовых щупалец. – То это все. Проглотит город вместе с клепсидрой и сожрет всех тех, в ком нет древней крови.

Из подлеска показалась сиреневая шевелящаяся масса размером с дом. Она быстро перетекала, опираясь на восемь толстых щупалец.

На конце каждого блестел коготь, из массивного основания тянулся клюв, но не птичий, а осьминожий. Кожистые крылья с когтями на сгибах… Сверху нависал суставчатый скорпионий хвост. Все вместе было нереально, нелепо и не могло существовать в природе!

Мидир потряс головой, но видение не пропало. Чудище резко дернулось и очутилось почти рядом. Вздохнуло, раскрывая клюв чуть ли не шире себя. По краям пасти торчали шипы, а в глубине ее извивалась и шипела воронка.

Мэллин отпустил руку и, перехватив дротик, двинулся влево от чудовища. Мидир ринулся вправо. Тварь мотнула головой влево, вправо и замерла. Со всхлипом вдохнула глубже… Слабый, пронзающий холодом магический ветер поднял волосы дыбом.

Тойнор подался в сторону Мидира, присел, примериваясь прыгнуть. Резкий выпад Мэллина – и чудище, вздрогнув, стремительно развернулось к нему, ударило зазубренным хвостом.

Но Мэллин, откатившись и тут же вскочив на ноги, уже бежал по кругу, вынуждая тойнора поворачиваться за ним.

Мидир рубанул ближайший извив щупальца – из неглубокого пореза показалась темная жижа, мгновенно заполнив рану. Чудище еще шире разинуло пасть, и сквозь шорох воронки прорезался низкий надсадный хрип, как если бы водная тварь пыталась дышать на суше.

Пасть захлопнулась словно обиженно. Клюв опустился, вспорол землю там, где только что находился Мидир. Волчий король успел откатиться, отплевываясь от пыли.