О чем поет вереск

Ответил очень устало, вряд ли успев передохнуть нынешней ночью:

– Как я объясню что? Что уложил руку на голову волка? Это не преступление, как бы плохо вы ни относились к данному факту. Сообщаю вам это как лицо, ответственное за порядок в замке. Ничего преступного нет в поглаживании каменной головы, торчащей из стены долгие годы и никому особо не нужной.

– Ах-ха! Так ты все-таки меня понимаешь!

Волчий король насторожился: в глазах Хранителя блестела смерть.

Мидир прикрыл Алана от любой, самой изощренной атаки, но щит остался невостребованным: по краю ауры Хранителя магия шипела и плевалась, будто разогретая в чанах смола, а до Алана не долетали даже брызги.

– Верни! Верни мне поводок! Мне он нужен! – и старый маг все-таки попытался ударить высоко поднятым клинком.

Тут Мидир был спокоен. Начальник замковой стражи сражаться умел лучше многих.

Алан перехватил руку старого мага, не убирая ладони с головы каменного волка.

– Уважаемый Хранитель, ваш нож нельзя заподозрить в тупости, а вот один из нас, определенно, что-то упускает.

Волк из-под руки Алана взрыкнул одобрительно, похоже, единственный, кто уловил иронию сказанного. Хранитель попытался испепелить начальника стражи яростным взглядом, а когда не вышло, выпустил нож в надежде, что отточенное лезвие упадет и пробьет Алану шею.

Тот отшатнулся, придерживая руку старого мага, и нож прозвенел по каменному полу.

– Сейчас я вас отпущу, а вы мне объясните, что за поводок вам нужен и почему именно от меня.

На лошадях я не катался лет двадцать, если вам нужны они – добро пожаловать в конюшни. Я распоряжусь, и вам предоставят не только упряжь, но и самых резвых лошадок. Если, конечно, вы и там не начнете беседу, размахивая ножом. Лошадки не волки, могут и лягнуть в ответ.

Мидир усмехнулся, припомнив встречу в Верхнем как раз около двадцати лет тому назад. Похоже, там Алан за его спиной на лошади и покатался.

Хранитель хранил гордое молчание. Алан перевел дух и продолжил:

– Если вы говорите о волках, то волков вокруг много.

Тут, к примеру, это вы и я. А что касается прочих тварей, коих можно держать на поводке, то это на поле боя, милости прошу к галатам.

Алан шутил на свой занятный манер, только Хранитель никогда не был ценителем остроумия.

– Ты думаешь, я не найду на тебя управы?! Я еще возьму поводок в свои руки, и тогда ты пожалеешь!

– Я уже жалею, – тяжело вздохнул Алан. – Очень жалею, что повернул в этот коридор.