Сердце степи

Харан подтолкнул её к шатру, и Алай шагнула туда, пригнувшись на входе, а он зашагал дальше, к своему. Почему? Что он делает? Зачем?

- Что у вас там происходит? - недовольно буркнула Камайя, накрываясь кучей халатов. - Уймитесь уже. Дайте поспать по-человечески.

- Прости, - пробормотала Алай, заползая под своё одеяло и подтягивая колени к груди. - Камайя, почему он это делает?

- Делает что? - спросила Камайя, до носа натягивая одеяло. - Может, дашь поспать? Всю ночь носитесь туда-сюда. Надоели - сил нет.

..

Алай подтянула поближе валик из свёрнутого войлока и лежала так какое-то время, но спать не хотелось. В голове билась безумная мысль. Тогда, когда отец воспитывал её у озера, случайно ли Харан протянул руку за халатом? Перед глазами стояло его исполосованное зажившими шрамами от бичей тело и бугристое клеймо убийцы на плече сзади.

Она вышла из шатра, кутаясь в покрывало, и пошла к шатру Харана.

- Можно? - спросила она около полога.

- Уходи.

Холодная роса пропитывала кожу сапог сверху, на сгибе, куда она по невнимательности не нанесла пропитку с воском, и мокрая мездра раздражала кожу.

- Но Харан...

- Уходи!

Алай поколебалась немного, потом откинула полог и шагнула внутрь.

- Ты оглохла? - спросил он, нахмурившись. - Я сказал, поди прочь.

Он сидел, прилаживая наконечник стрелы к древку, на своём войлоке. Куча её одежды так и валялась у стены. Алай сделала ещё два шага и села прямо перед ним.

- Зачем ты делаешь это? - спросила она, глядя ему в глаза.

- Почему ты пошёл за ним?

- Жалко денег стало, - криво ухмыльнулся Харан, отводя взгляд. - Попортит тебе лицо - сколько за тебя дадут?

Алай опустила голову и закрыла глаза ладонями. Это было почему-то мучительнее, чем если бы Тур всё же хлестнул её нагайкой.

- Это неправда, - пробормотала она приглушённо. - Обманывать плохо. Плохо. Мать Даыл наказывает за обман.

- Кого? - воскликнул вдруг Харан, вскидывая руку со стрелой, так, что наконечник отлетел в стену и глухо упал на пол.

- Кого? Может, того сопляка, который обменял тебя на лошадь? Того, кто бил тебя и пытался уложить в траву прямо у моего шатра в отместку за удар по его самодовольной харе... К которому ты продолжала ходить, развесив уши? Или тех, кто предаёт свою кровь, а потом живёт как ни в чём не бывало? Хочешь правды? Вот тебе правда! Я сказал ему, что он может продать лошадь! Отдать деньги обоим хасэнам, которым Охар должен невесту, а сам жениться на тебе...