Импровиз

Он не думал ни о чем, ощущая лишь стук крови в висках, запах аркайлского ландыша и неземное блаженство.

Вечность прошла или кануло несколько мгновений, менестрель не понял. Вдруг что-то горячее капнуло ему на висок. Ланс поднял глаза. Реналла из Дома Желтой Луны стояла вытянувшись в струнку, не шевелясь и, как казалось со стороны, не дышала. Только дорожки слез блестели на щеках. Ему безумно захотелось высушить их губами, потом прижаться к ее алому рту, высказать все обуревавшие его чувства, предложить бежать куда-нибудь прямо сейчас.

Куда глаза глядят, на край света, за Карроские горы, на остров Айа-Багаан... А вот и нельзя. Княгиня Зохра обещала украсить его головой самую высокую башню своего замка. И ледяные пустоши за горами вовсе не то место, куда следует тащить за собой этот едва распустившийся цветок. Тем более, бежать, наплевав на дворянскую честь. Ни один мужчина из Дома Багряной Розы не бегал от опасности. Может, потому-то и остался он один, последний?

— Не нужно плакать, Реналла, — прошептал он.

— Вы разрываете мне сердце на куски.

Она кивнула, но слезы продолжали сбегать ручейками, сверкающими бриллиантами задерживаясь на удивительно длинных ресницах.

— Не бойтесь, — продолжал Ланс. — И ни о чем не сожалейте. Мужчинам иногда приходится позвенеть сталью, пустить друг другу кровь. Без этого они перестают чувствовать себя мужчинами. Даже такие старые развалюхи, как я.

Полные губы чуть шевельнулись.

— Вы совсем не старый, пран Ланс. — Скорее догадался, чем услышал он.

— Нет, дитя мое. Я стар. Стар и изношен, как смычок деревенского фигляра. Но я благодарю судьбу за нашу случайную встречу, за тот миг счастья, которое я ощущаю, когда вижу вас. Благодарю Всевышнего, даровавшего мне эту удачу в конце жизненного пути. Вы — чудо, вы — звезда, которая будет направлять меня весь отведенный мне остаток дней, как ведет морехода сияющая Северная Королева.

— Не надо...

— Что не надо, звезда моя? Впрочем, вы правы, не стоит. Жалких слов не достаточно, чтобы описать безумство чувств, завладевших моей душой.

Возможно, магии музыки удалось бы преуспеть там, где бессильна человеческая речь, но время за полночь и замок спит... — Альт Грегор виновато развел руками. Вернее, одной рукой, поскольку не мог позволить себе выпустить хотя бы на миг ее пальцы.

— Все говорят, что вас убьют, — промолвила девушка, взмахнув ресницами.

— Пустая болтовня, досужие сплетни, — усмехнулся, как можно убедительнее, менестрель.