Весна надежды

Южная столица Великих Прилужан прощалась с князем и воеводой, польным гетманом, паном Адесем Дембком по прозванию Скорняга. Он еще не отошёл в Сады Небесные, но был близок, соборовавшись у митрополита Борзеслава Валуха. Сейчас жизнь в могучем теле воеводы поддерживали лишь усилия пары реестровых чародеев и настойка мандрагоры, для приготовления которой, святые отцы, скрепя сердце, выпустили из подвалов алхимика из Султаната, задержанного ранее за торговлю снадобьями, которые позволяли бабам избавляться от нежелательного плода.

Помогало оно, правда, не очень хорошо, приводя к выкидышу и кровотечениям, с которым умучились бороться монахини из обители Святой Малгожаты Хоровской и местные повивальные бабки. Подлеца схватили, долго думали — утопить в полынье или обложить сухой соломой и запалить? И хорошо, что не казнили, как и собирались, третьего дня, поскольку в город привезли на волокуше раненного на охоте воеводу.

Пан Адась всегда отличался страстью к охоте. Травил зайцев, лис и волков. Брал на рогатину медведей и вепрей.

Гонялся по степи за сайгаками и дикими конями. Бил из лука гусей и уток, охотился и с ястребами, и с соколами. Но, если подумать, то добывать птицу он не любил. А вот пушного зверя — пожалуйста. Причем сам снимал шкуры и даже выделывал. С помощью мастеровых конечно, но никогда не отказывал себе в удовольствии повозиться с «мягкой рухлядью».

На охоте он и погорел.

Последнюю зиму в окрестностях Хорова расплодились волки в неимоверном числе. Эти звери, вообще, чуют войну, разруху, неурядицы между людьми.

То ли из лесов, что на север к Выгову и Тернову тянутся, пришли, то ли перебрались по льду через Стрыпу из степей. Того наверняка никто не знал, но вреда волчьи стаи приносили немало. Резали скотину — овец, кров, лошадей. Уже доносили о случаях, что и на людей набрасывались. Конечно, по селам и застянкам пока не бродили, как в годы чёрного мора, но на одиноких путников могли напасть. Для пана Адася Дембка такие известия были, как для великолужичанина сообщение о том, что над ним главным поставят кого-нибудь из Крыкова или Уховецка. Вскипел и устроил большую охоту. Хотя порубежники доносили, что кочевники собираются в правобережье Стрыпы, ставят кибитки и жгут костры, будто выжидают чего-то, воевода Хоровский поспешил расправиться со зверьём. Всю свою челядь на конь поднял, а так же заставил прочёсывать леса пару сотен местных реестровых из Вежовского полка да сотни полторы порубежников сорвал с охраны границ.