Ворлок из Гардарики

Дескать, скажет словечко, и один правитель от короны отречется, а другой — на трон взойдет. Лучше бы проводил дни в молитвах и благочестивых размышлениях.

Как только Позняк терпит? Наверное, не хочет обижать Гюнтера. Ведь это ни в какие ворота не лезет, если гости начнут спорить и ругаться при хозяине. Ведь тот, бедняга, не сможет поддержать одного супротив другого. Зачем же ставить капитана корабля в неловкое положение? Не хорошо это...

А кто это там шумит?

Вратко вздрогнул и тряхнул головой, отгоняя неторопливые мысли.

Прислушался.

«Морская красавица» — корабль не великий. Чуть больше десятка сажен между штевнями. Но, стоя у бушприта не так легко расслышать, если кто-то беседует неподалеку от рулевого весла. Это если, конечно, разговаривают в полголоса, а не орут, как резанные.

Вратко различил голос отца и быстро подскочил к ограждению фордека. Осторожно выглянул.

Позняк и Гюнтер стояли друг напротив друга, набычившись и сжимая кулаки.

— Глаза твои бесстыжие! — сурово выговаривал новгородец.

— Я тебя высажу в Хедебю! Сказал же, что высажу! — упрямо отвечал германец.

— Высажу! Сказал тоже! А что мне опосля делать? Кто меня с товаром обратно свезет?

—Наймешь кого-нибудь! Я что, крайний?

— Ага! Найму! И половину прибыли отдам! Так выходит? Это честно, по-твоему?

— Какое мне дело до твоей прибыли?

— Нет! Понятно! До моей прибыли тебе дела нет! Тебе до чего-нибудь, окромя своей выгоды есть дело?

— Есть! — топнул ногой Гюнтер.

— То-то я и заметил!

— Заметил он! Подумаешь, глазастый какой!

— Глазастый, не глазастый, а все ж не слепец! Что надо, то вижу!

— Видит он! Да что ты видишь, морда словенская?

— Что надо, то и вижу! И не тебе, немчик жирный, меня мордой бесчестить! — новгородец даже замахнулся.

Вратко видел, как напряглись плечи стоящего неподалеку Дитера. Еще чуть-чуть и кинется в драку. Ежику понятно, на чьей стороне. Но Позняк сдержался, и магдебуржец не двинулся с места — выучка у охранника была отменная.

— Нет, что ты видишь? Скажи мне? — Гюнтер шагнул вперед, глядя на высокого словена снизу вверх.

— А вижу, что ты задницу лижешь монаху своему! Поди всю уже обслюнявил!

— Ах, так!

— А что? Скажешь, не так?

— Да ничего я тебе говорить не буду! Рылом ты не вышел, медведь бородатый!

— Может, я и медведь! Да уж всяко не свинья раскормленная!

— Значит, я — свинья? Тогда что ты на моем корабле делаешь?

— А вот и сам не знаю! По ошибке, выходит, попал! И жалею теперь.