Эпоха Полтины. Декста Квинта.

И знаешь - мы не были против. Всё что угодно, лишь бы победить вас, имперцев.

Костоправ фыркнул.

- У нас тоже было что-то подобное.

- Ты об “одержимых”? - судя по его лицу, Кейн попал в десятку. - Не назвал бы их “добровольцами”. Куски мяса, не более того.

- Не говори о том, чего не понимаешь, Брустер. Не строй из себя знатока имперской жизни.

- Да, ты прав, очень многое осталось за гранью моего понимания. Но одно я знаю точно - все мы, в конечном итоге, оказались брошены на убой. Это то, что нас объединяет.

- Нет, - возразил Бэн.

Кейн не стал возражать. Да и зачем? По большей части Костоправ был прав - колонисты считали и продолжают считать Старый Мир деспотичным обществом, устаревшим и потому обреченным на уничтожение, тогда как имперцы именуют колонистов отребьем без веры и закона, общество которых построено на вседозволенности и еретических постулатах. И Колониальная война в итоге приняла более глубокий смысл, чем имела в начале.

- Слушай, Костоправ, а тебе случаем из вот этого ничего не знакомо?  

Кейн пересел к нему, протянул табулу и Бэн некоторое время придирчиво изучал записи.

- Откуда это у тебя? 

- Нашел у одного из мертвецов, - уклончиво ответил Кейн. - Так тебе это о чём-нибудь говорит?

- Немногое, - Бэн покачал головой. - Слишком много сокращений и непонятных терминов. Но одно могу сказать точно - это очень похоже на медицинские карты.

Он вернул ему магифакт и Кейн, нахмурившись, ещё некоторое время просматривал странные “документы”.

- И о чём говорится в этих медицинских картах?

- Не знаю, - Костоправ пожал плечами. - Я понял только то, что все эти люди были чем-то больны. Причём некоторые из них страдали от магических её проявлений.

- Н-да. Понятней не стало.

Кейн вернулся на своё место и, вынув арканит, спрятал табулу обратно в сумку. Подбросив в костёр сушняка, он вновь закутался в попону. Согревшись, его уже начало клонить в сон, когда Бэн снова заговорил:

- По-моему ты не тем занимаешься.

- И чем же, по-твоему, я должен заниматься? - раздраженно спросил Кейн.

- Думать о том, что мы будем рассказывать о произошедшем, когда нас спросят.

- Ну а что тут думать, - проворчал Кейн, устало растирая лицо. - Расскажем всё как есть, только умолчим о некоторых моментах: во-первых - никаких “зеркальных”, разлагающихся прямо на глазах. На нас напали работорговцы после того, как мы поняли, что дело тут не чисто и попытались остановить Клависа.