Зона 51. Начало

Дикий в растерянности наблюдал, как Кирпич копается в Веркиных контактах и удаляет «Ивана-новичка». С одной стороны, Дикому не нравилось происходящее, но с другой… Да и с другой тоже — не нравилось. Но своя одежда ближе к телу, поэтому он промолчал, не защитил Верку, чувствуя себя мудаком.

— Улыбаемся, подбадриваем, вдохновляем, — подвела итоги Гайка.

— Покупаем свободу, — прошептала Верка, пряча мобильник в карман. — И для чего? Чтобы не горбатиться на подпевках у роботов? Оно того действительно стоит?

Дикий поспешно оттеснил окрысившегося Кирпича и мягко её обнял, закрывая ото всех.

— Ну что ты, что ты? — ласково сказал он. — Ты же знаешь, мы это делаем во имя общего блага. Подумай, один человек против одной тысячи. Хороший обмен.

— Что ты с ней сюсюкаешься? — возмутился Кирпич. — Она что, маленький ребёнок?

— Да не отвлекай ты, — одёрнула его Гайка. — Не видишь? У нас тут любовный треугольник в прямом эфире.

Верка вскинулась, оттолкнула Дикого и быстрым шагом направилась к двери.

Её грубо перехватил Недоносок. Кирпич хмыкнул. Гайка улыбалась. Напряжение в гримёрке можно было резать ножом, но оно не нашло выхода. Дом Культуры содрогнулся от фундамента до крыши, и ребята мгновенно забыли о назревающем скандале. По коридору, громко топая, побежали люди, завизжала какая-то женщина, и стены медленно, словно в замедленной съёмке, начали заваливаться вправо.

Первым очнулся Недоносок. Закричал:

— Бежим! — и рванул на выход.

Остальные бросились за ним. Последним бежал Дикий — он мог, конечно, ускориться, в школе-то первые места завоёвывал по бегу на сто метров, но тогда бы последней бежала Верка.

Страшно было её потерять в суматохе и панике. Вдруг отстанет? Вдруг крыша обрушится и её завалит обломками? Вдруг Верка решит поиграть в героя, остановится кому-то помочь и потеряет драгоценные секунды?

Люди кричали, сталкивались в проходах, и, кажется, никто не понимал, что происходит и от чего они все бегут. В их глазах был животный страх, и Дикий, поддавшись общему ужасу, сам едва не распсиховался, едва не потерял ориентацию в пространстве — почти свернул в правый коридор, тогда как все помчались налево.

Споткнулся, упал, ударился о тумбочку, которую тупой завхоз вытащил из кладовки да так никуда и не дотащил. Дикий выматерился и ударил кулаком по доскам, покрытым коричневой краской.

И в этот момент пол расплавился.

Нет, не так.

Он начал плавиться. В одном месте, на небольшом пятачке.