Краденая магия. Часть 1

Мальчишку Петра же тот называл сыном, а она – братом… Получается – все немного не так. Странно.

Оно, конечно, мне совершенно без разницы, кто там кому из них отец (привет Люку Скайуокеру!), но о чем только не задумаешься, чтобы отвлечься от неизбежного…

– У меня не дрогнет, – холодно заявила между тем молодая графиня. – Я с пяти лет гладью вышиваю, без магии, на нуле! Вы мне только скажете, где надрезать, куда иглу воткнуть – а я все как надо сделаю!

Добрая девочка, что тут скажешь. Что характерно, в ее способности насмерть зарезать человека Федор ни на миг не усомнился! Только в аккуратности!

Да уж, такой если что и вышивать – разве что картинки расчлененных котиков! Кстати, не исключено! Выживу – непременно попрошу показать!

Ага, выживу…

– Милана! – уже несколько строже, чем в прошлый раз, выговорил Анатоль Глебыч.

– Окажи любезность, прекрати! То, что тебе позволено присутствовать при экзекуции, не означает…

– Он убил моего брата! – резко обернувшись к «сиятельству» – черная коса так и взметнулась – бросила девица.

– И если сами вы считаете возможным прятаться за спиной наемного палача, я на подобное не согласна!

– Прошу меня извинить, – вмешался в спор Антон Игнатьич, – но тут вы, Милана Дмитриевна, не совсем правы. Я уже пытался пояснить сию правовую коллизию… На момент рокового воздействия на несчастного Петра Анатольевича, сей юнец, – кивок в моем направлении, – носил на челе печать и в состоянии пребывал холопском. Юридически холоп – не человек, а имущество, вещь.

Но, как говорит нам закон, вещь не убивает – убивают люди. Вину за случившуюся трагедию можно возлагать на покойного купчона Ефрема, вероятно – на его дядю, купца Адамова, но никак не на принадлежавшего им холопа – сие нонсенс! Перед вами, Милана Дмитриевна, ни в коем разе не убийца – всего лишь неподсудное орудие!

– Что-то я не вижу на нем печати! – прищурилась молодая графиня, оборачиваясь ко мне – словно желая еще раз убедиться в отсутствии клейма.

– А значит, по закону ли, по обычаю ли – он убийца, и он ответит!

– Так в том-то и заключается коллизия! Видите ли…

– Довольно! – гаркнула на него Милана, и узколицый заткнулся, не завершив фразы.

Отступился – похоже, это уже вошло у него привычку – и Анатоль Глебыч. Но, что любопытно, не Федор!

– Прекрасно понимаю ваши чувства, Милана Дмитриевна, – вкрадчиво проговорил громила. – Но боюсь, наставник из меня не столь хорош, как будет потребно.