Б.О.Г. 3. Серый город

Правда, необычное мерзкое вонючее облако газа всё ещё висело над многоножками.

Внезапно газ, обретая форму, устремился к Рольфу и, в одночасье влетев тому прямо в ноздри, исчез. На секунду мы замерли, не сводя настороженных глаз с танка. Тот покачнулся, а в следующий миг газ вырвался из него, просачиваясь прямо через броню, и снова повис над тушками многоножек, вернувшись на своё исходное место.

— Что за… — пробормотал воин бледнея.

Его колени подкосились, и Рольф упал навзничь. Три многоножки тут же накинулись на обездвиженного воина.

— Едрить их в дышло! — первым пришёл в себя Длорин и размашистым пинком запустил Рольфа в воздух. — Лови! — крикнул он мне, отрубив очередную глазастую голову.

На ходу спрятав лук, я сделал пару шагов навстречу летящему танку и выставил перед собой руки.

— Ух ты ж… — выдохнул я, поймав его. Пришлось даже присесть, чтобы не рухнуть на спину.

Передал ещё одного пациента взвинченной Лие и вновь бросился на помощь остальным.

— Суки! Твари! Ишь чё удумали, едрить вас в дышло! — свирепо кричал Длорин, размахивая секирой с такой лёгкостью, будто здоровенный топор весил не больше гусиного пёрышка.

Джон, напротив, бился молча, исступленно сжав губы. Именно он, ослепительным лучом света добив последнюю многоножку, и положил конец битве.

Стоило твари, завизжав, бухнуться на спину, дрыгая лапками в предсмертных конвульсиях, ядовитое облако рассеялось, и мы трое, не сговариваясь, бросились к раненым.

— Ну что с ними, едрить их в дышло?! — дворф изо всех сил принялся тормошить Лию, но, заметив недовольный взгляд Джона, буркнул: — Мои вам пардоны, — и отпустил бедняжку.

— Ну, Лия, как они? — не выдержал я, переводя взгляд с одного бесчувственного тела на другое.

Жрица виновато опустила голову и всхлипнула:

— Я не знаю… Ничего не помогает…

— Кхе… — послышался сдавленный кашель, и спустя несколько секунд лица воина и волшебницы начали обретать краски.

— Чёрт… — вяло пробормотала Йоко. — А я уж думала, снова сдохну… — она подняла глаза на нас. Взгляд волшебницы постепенно становился всё более осмысленным. Японка посмотрела на жрицу и устало улыбнулась: — Спасибо…

— Ага, — подал слабый голос и Рольф. — Присоединяюсь, кхе-кхе, — он с трудом принял сидячее положение и огляделся по сторонам.

Снова всхлипнув, жрица бросилась их обнимать.

— Слава Богу! — с облегчением выдохнул паладин.