Спасение из ада (ТЭ-2)

А теперь пятеро диверсантов, оставив за своими плечами обожжённую, изуродованную землю возле перешейка, наблюдали за трактом и тщательно выискивали пещерку на отшибе для предстоящего отдыха и ночёвки.

Глава третья

СЛАБОСТЬ – СПАСЕНИЕ

Александра пришла в себя от въевшегося в тело холода и сырости. Причём не стала сразу ни дёргаться, ни резко открывать глаза, ни выдавать свои мучения стоном. Просто прекрасно зная, как себя ведут люди в бессознательном состоянии, так и продолжила лежать в неудобной позе. Но постаралась сообразить как и где она лежит.

Руки оказались связаны за спиной узлами щадящего режима. Вроде и пальцы не занемели, но развязаться или выскользнуть невозможно. Ноги – тоже. Голова гудела и пульсировала жуткой болью, изнутри подташнивало, скорей всего сотрясение мозга обеспечено. Плохо. Сообразительность и логика, глушимые болью, отсутствовали напрочь.

Дождавшись очередного облегчения, сосредоточилась на окружающей среде. Не поверив первому ощущению слегка пошевелила ноготком: так и есть, эмалированная, но уже истершаяся со временем поверхность ванны.

Стали понятны и неудобная поза, и сырость, и холод, наверняка поливают время от времени холодной водой.

«Следовательно, раз не сижу привязанная как и прежде к стулу, значит перенесли на другое место. А то и перевезли. Догадаться бы ещё как далеко от конторы и сколько времени провела без сознания. И кто здесь находится рядом? Неужели понял, что очнулась и ждёт моего первого движения? Хотя какая в принципе разница? В любом месте контора меня не оставит ни на минуту без опеки и не даст единого шанса для случайного спасения.

Значит у меня только один шанс оттянуть неизбежное, как можно дольше оставаться без сознания. Вот только как? Может пробовать вспоминать трупы? – в тот же момент Александра стала проваливаться в омут бессознательности и постаралась представить нечто совсем противоположное. Мысленно вздохнула с облегчением: - Ну вот и хорошо! Самая большая моя слабость мне и поможет…»

Где-то вдалеке скрипнула дверь, послышались шаги, затем стукнула вторая дверь, и наконец невидимые посетители вломились в данное ванное помещение.

Из-за маленьких размеров даже на слух сразу показалось тесно и оглушающее громко:

- Ну что, очнулась? – раздался отныне мерзкий голос Павла Павловича.

- Как мороженая вобла, - ещё более ненавистный голос Бориса Королюхова. Так вот, кто здесь сидел и не спускал с пленницы взгляда! – Скорей всего вы ей мозги выбили окончательно. Даже неинтересно с ней.