Спасение из ада (ТЭ-2)

Но что элита, что новички, все носили на головах отличительную высокую папаху из чёрного каракуля, символ отшельничества и угодного великой святыне способа жизни. Пожалуй, только эта деталь наряда и выглядела прилично.

Рассматривая их свисающие по сторонам с плеч рваные, старые одеяла оставалось только удивляться подобной непритязательности, что и сделал в один из моментов Курт, сползая за каменный выступ вниз и принимаясь интенсивно разминать затекшие члены:

- Что-то мне не верится в богатство этих голодранцев! – при этом он имел в виду, что пойманный ими в предгорьях и допрошенный «язык», утверждал: каждый из паломников старается вручить отшельнику что-то ценное из своих запасов, в попытке вымолить благожелательность чёрного монолита.

– Тот варвар распинался, что отшельники после пяти лет пребывания в пещере уезжают отсюда богачами. А те, кто остаётся ещё дольше, чем на десять лет, ещё и льготы какие-то имеют. Скорей всего им только и полагается бесплатный пудинг за ношение этих тряпок.

Присоединившийся к нему Василий сдёрнул перчатки и стал интенсивно разминать одеревеневшие пальцы:

- Всё может быть. Я сам не нищенствовал и не побирался, но порой таких баек про таких типов наслушаешься! Мол, и миллионеры они, и миллиардеры.

- Враньё полное! - Сильва тоже решила немного размяться, на минутку покидая свой пост наблюдения, - Сам посуди, ведь сколько мы операций провели или расследований, а нигде и ни разу ни один клиент под кличкой «нищий» не проходил.

И в начальных биографиях других клиентов строка «попрошайничество» отсутствовала.

Курт снял капюшон куртки, обе вязаные шапочки и теперь усиленно массажировал кожу на голове, устраняя последствия обжима несколько упругой ткани:

- Вот потому нищие и отсутствуют даже в наших разработках, что умение мимикрии они развивают до совершенства, до крайностей. Став миллионерами они продолжают жить как и прежде и об их богатстве не подозревают ближайшие соседи, а порой и родственники.

Ничем себя не выдавая даже спецслужбам или мафиозным структурам. А если уж бывшие попрошайки и начинают жить во дворцах, на широкую ногу, или с размахом, то так преподносят свои капиталы, что никто их не может обвинить в чём-либо предосудительном. Умеют они скрываться и скрывать.

- Может ты и прав…, - Сильва тоже со всей интенсивностью, но весьма осторожно растирала своё изувеченное лицо.