Импровиз. Одиночество менестреля

У каждого перерезано горло — раны неотличимы друг от друга. Чувствовалась рука мастера.

— Почему не подняли тревогу? — Обрушился Никилл на сопровождающего сержанта. — Как подпустили?

— Не могу знать! — пожал тот плечами, растерянный и несчастный, несмотря на бравый боевой вид.

— Совсем службу завалили! За что жалование получают... — проворчал сыщик, наклоняясь над ближайшим телом.

Цепкий взгляд тут же обнаружил розоватую мелкую пыль, больше похожую на пудру на усах и щеках мёртвого стражника. Никилл потянулся потрогать пальцем, но отдёрнул руку.

Если его догадка верна, то лучше держаться подальше. Пыльца королевской орхидеи с Голлоана. Снадобье редкое и стоящее больших денег. До сих пор он только читал о нём в алхимических книгах. Попав на кожу человека, она вызывала головокружение и рвоту, а угоди в рот, нос или глаза, приводила в состояние, близкое к сильному опьянению. Причём мгновенно. Применить пыльцу мог только опытный и отлично подготовленный наёмный убийца.

— Тысяча болотных демонов.

.. — прошипел пран Никилл.

Теперь стало ясно, почему его вызвали так внезапно и бесцеремонно. Похоже, случилось худшее, что можно ожидать. И хотя надежда ещё теплилась в душе главы тайного сыска, огонёк этот напоминал свечу, зажжённую посреди ледяных пустошей к северу от Карросских гор. Он трепетал и грозил растаять без следа.

— Веди дальше!

На верху лестницы их встречали стражники со шпагами наголо. Они ёжились и озирались по сторонам, чувствуя себя неуютно. Убитые гвардейцы лежали рядком под стенкой.

Должно быть, их убрали с дороги, чтобы не прыгать со ступенек через трупы. Трентий справа, кажется племянник первого министра — Жаме альт Горм из Дома Синей Лошади. Да, нехорошо как-то всё получается. И главное, один к одному.

Лейтенант Ихан альт Норт из Дома Пёстрого Кота ждал тут же. Коренастый, длиннорукий, из-под чёрного берета с алым пером свисают засаленные наполовину седые пряди — ветерану всегда было наплевать, как он выглядит. Остроконечная бородка подстрижена криво, один ус длиннее другого.

Зато он один встретил прана Никилла прямым и внимательным взглядом.

— Что там? — Сыскарь мотнул головой в сторону опочивальни его величества, уже догадываясь, какой ответ услышит.

— Эх... — махнул рукой лейтенант.

— Что, так всё плохо?

— Совсем плохо. — Ихан покосился на подчинённых. — Я никого из молокососов не пускаю.

— Пойдём, посмотрим?

— Пойдём.

Уже на третьей ступеньке пран Никилл спохватился.