Рыцарский престол (ОИ-4)

Скорей всего что князь решил свои сомнения в доступном ему ключе: демонеса вправе любить и мужа, и вдали от него потакать своим маленьким шалостям, поддаваясь мимолётным привязанностям или кратковременному интересу. Скорей всего местный самодержец и монарх возрождающегося королевства считал себя существом широкого кругозора, который никогда не лишает разумное создание полной свободы. Поэтому князь вывернул в свои внутренности очередной кубок вина, опять порывисто вскочил на ноги и заорал:

- Ещё лучше! Королевой может сталь и любая другая демонеса, попроще! Принцесс хватает! Зато отныне у нас есть новая богиня, в честь которой уже завтра на этом месте мы начнём строить храм богини Люссии Фаурсе! Пусть каждый беженец, возвращающийся в земли своих предков, проходит через этот храм и воздаёт заслуженные почести Открывшей Дорогу! Виват!

Казалось бы, громче, чем прежде орать нельзя.

Да и обиду отказа самому князю ничем не забелить. Оказывается можно: не в жёны – так в богини! Естественно и крик из своих глоток новые адепты исторгли воистину божеский. Только не в смысле благопристойности, а в смысле «оглохнуть можно!»

Чтобы и в самом деле не оглохнуть от демонического энтузиазма, Загребной оставил восприятие звука только со своей стороны и подмаргивая растерявшейся от такого поворота событий Люссии, набросился на угощение. У него даже мысль мелькнула, что ещё и поспать пару часиков удастся, если за столами слишком не засиживаться. Тогда как его любимая, руководствуясь скорей всего какими-то традициями и правилами демонической стороны, поклонилась по кругу на семь сторон и уселась на своё место.

И только сказав пару фраз, догадалась, что её в человеческом мире не слышно:

- Тебе крики надоели? – перешла она на человеческий диапазон. – Я тоже почти оглохла… Но даже и представить себе не могла таких вот почестей… Подумать только: богиней стала! Храм будут строить!

- Ничего страшного! – засмеялся Семён, выбирая на блюде куриную лапку, с зажаренной до хруста корочкой. – Удивляюсь, как это ещё в мою честь тут рядышком часовенку не пристроят.

Прекрасно всё слышащий академик, видимо тоже полностью перешёл на восприятие человеческих звуков, потому что сразу вмешался в разговор:

- Ты, конечно, извини, Семён, но в этой радостной неразберихе князь просто забыл тебе напомнить, что на вершине холма будет возведён монумент в виде твоей пятнадцатиметровой статуи. Да и постамент метров на десять поднимется над площадью. Так что тебе тоже будут круглый год цветы носить.