Пасынки Луны. Часть 2

Если ошибся – тем лучше! Но это, увы, вряд ли…

Что же делать? Оши тоже вне игры, с фамильяром Хилкова у меня прямой связи нет – да и едва ли Иван Иванович посмеет открыто выступить против Репнина… Так девушки и просидят дома в неведении… А еще ведь где-то бродит Кир! Его тоже нужно предостеречь…

Надеюсь, хоть Настю в лазарете эти гады не тронут! Хотя с них станется…

Я покосился на Юльку. Мелкая шла, насупившись и уставившись в пол. Моего взгляда на себе она не почувствовала – или не сочла нужным поднять и повернуть голову.

Я перевел взор на конвоировавшего нас гвардейца, затем посмотрел вперед – и внезапно уперся глазами во Всеволода Романова.

В своем зеленом мундире при золотых эполетах Светлейший князь стоял, широко расставив ноги, посреди дворового коридора и с любопытством наблюдал за нашей приближавшейся процессией.

«Так вот оно что!» – осенило меня.

Вот кто за всем этим стоит! Какой, к духам, Репнин, какие, в астрал, Киселев с Поспеловым?! Как всегда: запахло пакостью – ищи след Светлейшего князя Всеволода! И неважно, как Романов вдруг оказался в Москве… А как, кстати?

А вокруг меня, между тем, творилось вовсе непонятное.

Гвардейский штабс-ротмистр ни с того ни с сего вдруг согнулся пополам, затем, вроде бы, выпрямился – и безвольно рухнул навзничь. Поручик вскинул перед собой щит – но, как видно, пропустил удар в спину и, клюнув вперед, повалился ничком. Попадали, словно кегли, и остальные наши конвоиры – и только мы с сестренкой да Петров-Боширов остались в замешательстве стоять посреди нежданно разразившейся бойни.

Хотя нет, Александр Русланович ничуть не выглядел сбитым с толку: жандарм уже вовсю возился со своими перчатками, пытаясь от них избавиться – пока, правда, не особо успешно.

Не стоило теряться и мне. Что бы ни происходило: главный враг сейчас стоял прямо передо мной. Судорожно содрав с пальцев резиновую колодку, я сложил их в боевую технику – не банальную фигу, а нечто куда более убойное – и атаковал Романова.

Удар пришелся в щит – хотя Светлейший князь, как я прекрасно видел, и пальцем не пошевелил. И это не было какой-то хитрой внутренней техникой, Романова явно прикрыл кто-то другой – и я глазам не поверил, когда, отследив поток маны, понял, кто именно: в выходившей в наш коридор распахнутой настежь двери какого-то кабинета стояли Кир и Иван Иванович Хилков.