Ригиторум. Эра разлома

Мама говорила, что я пошел в отца, который из-за болезни не мог погрузиться в сон вплоть до своей смерти, когда мне было всего шесть лет. Именно поэтому мы с матерью каждую неделю ходили в “Снадобья Джорни” за зельем, которое помогало мне забыться. С каждым годом приходилось увеличивать дозу, принимать по одной ложечке микстуры, потом по полторы, потом по две. Дошло до того, что я выпивал сразу несколько глотков из флакона, что всегда стоял в изголовье кровати, пока в один прекрасный день, когда мне стукнуло пятнадцать, я не встретил Мариссу.

В ее объятиях я засыпал моментально, и никакое снадобье мне не требовалось.

Черт возьми, я и забыл, что когда-то принимал лекарство, пока запах трав в этом проклятущем подвале мне об этом не напомнил! Однако мое пристрастие к снотворному помогло пережить едва ли не смертельную дозу, и теперь я хотя бы смог очнуться от глубокого сна. Осталось только вернуть контроль над телом и выдавить этому ублюдку мозг через глазницы!

Гнев придавал мне сил, и несмотря на то, что каждое, даже самое крохотное и неуловимое глазу движение пальцев вызывало нестерпимую боль, словно в кожу втыкались миллионы раскаленных иголочек, я продолжал шевелиться.

Я знал, что если не избавлюсь от воздействия зелья, мне точно конец. Моя жизнь, как и жизнь несчастной Валери, сейчас лежали в моих руках, и я не перестану бороться!

— Рональд крепко спит, моя дорогая, он не сможет тебе помочь, — прошептал Симеон, склонившись над своей жертвой. — Буквально пара минут, и препарат для перехода будет готов.

Понимаешь, как забавно выходит? Ты мне абсолютно не нужна. Однако твоя жалкая жизнь обеспечит заклинание энергией. На твоем месте мог оказаться любой, любой пьяница или разочаровавшийся в жизни бездомный, кого я мог подобрать в первой же подворотне. Однако я выбрал тебя, Валери. Ты сгоришь, моя красавица, чтобы я совершил переход и продолжил служить своей общине. Разве это не прекрасно? Ты должна насладиться этим моментом. Тебе осталось недолго. Еще какая-то минутка, и тебя не станет. Есть о чем поразмыслить перед смертью? Или твоя жизнь была никчемной и пустой, как обертка от леденца?

С этими словами “праведник” вернулся к своему столу и принялся греметь склянками, смешивая ингредиенты для приготовления последнего зелья. Совершить переход? Служить общине? Что он, Солус побери, такое несет? Точно псих! Спятивший полудурок, будь проклят он сам и весь его род!

Времени оставалось все меньше, я чувствовал, как таяли отмеренные мне секунды жизни.