Граф Булгаков. Том 1: Укротить Аномалию

Дальше по расписанию у нас как раз были практические занятия. Мы отправились на тренировочную площадку. Солнечный свет наполняет воздух свежестью и энергией. Эх... чувствую себя полным сил и оптимизма. Хотя куча мутных личностей из теней желает мне нехорошего. Ну и пошли они.

Мы с Григорием переоделись в спортивную форму и начали упражнения с шестом и мечом. Пора стать лучшими кадетами Российской Империи, хых.

Я чувствовал энергию, циркулирующую по моим духовным потокам. Пока её было мало, но дайте только время. Мы с Гришей тренировались с мечами и шестами, оттачивая технику и движения.

Каждый удар и парирование были точными и выверенными.

Пока мы тренировались, я продолжал думать о семье Курцевичей. Глава клана, кажется, сам осознает, как недостойно ведет себя его сын. И даже пытается повлиять на него. В тоже время провалы Филиппа он воспринимает как свои собственные.

В любом случае я не позволю им диктовать мне свою волю. Никто — ни демоны, ни люди, ни монстры, ни аномалии — не встанет на моем пути.

Мы сделали перерыв, и вместе с Григорием присели на ближайшую скамейку. Он протянул мне бутылку с водой. Я сделал глоток, почувствовав прилив свежести.

— Знаешь, у Филиппа может быть богатство и власть, но у него нет смекалки, — сказал Григорий, похлопав меня по плечу. — У тебя есть все необходимое, чтобы поставить этого скандалиста на место, сыграв на его противоречиях с отцом.

Я кивнул. Хороший совет. Но нужно подумать, как им грамотно воспользоваться. Не хотелось бы дожидаться, когда Филипп сделает свой следующий ход.

Вот бы его как-то опередить.

— Я знаю Филиппа ещё с детства, — сказал Гриша, опустошив свою бутылку. — Они с отцом часто приезжали в наш особняк в гости. И поверь, он уже тогда был тем ещё засранцем. Постоянно обижал маленькую Свету, и мы с ним часто дрались из-за этого.

Мы вернулись к тренировкам. Солнце на безоблачном небе нещадно било в глаза, но мы этого почти не замечали. Мы были полностью сосредоточены на упражнениях. Вокруг тренировались и другие кадеты.

Среди них была и Света, но она на меня даже не смотрела. Как будто виконта Александра Булгакова не существовало по определению.

Такое ощущение, что когда я спас её, то оскорбил ещё сильнее. Сперва унизительная ничья на спарринге, а теперь ещё и это... Может быть она попросту не верила, что я спас её от пули?

— В чем дело? Чего она так себя ведет? — я кивнул в сторону Светы.

— Света на тебя обижена, — хмыкнул Гриша.

— За что?

Тот лишь с улыбкой развел руками.