Глазами волка

В их движениях появилась та самая ловкость и осмысленность, какая бывает у солдат, когда они наконец-то узнают, что с утра будет битва.

Лик так и стоял у костра, опираясь на горящую палку. Маэс подошёл к нему, удивлённо моргая глазами. Юноша убрал факел в сторону, чтобы пламя не мешало другу.

— Молодец,— произнёс Маэс,— В городах я такого ещё не видел. Даже это последнее, что я вижу в своей жизни — молодец!

— Моё сердце всё равно неспокойно.

— Такое сердце успокоится только в могиле.

— Я был так глуп, когда шёл в этот город.

..

— Мы все глупы в шестнадцать лет,— сказал Маэс. Подумал и добавил:— Глупы и в шестнадцать лет, и в семнадцать, и так дальше до самой смерти.

— Нет, я был очень глуп, неописуемо глуп. Глупость была широкой, как степь и глубокой, как река Океан... Одна надежда — что я не был глуп слишком долго… Я думал, что смогу мстить один. Один!.. Даже у Геракла был Гилас. И Конан, предводитель киммерицев, тоже ходил с войском! Я всё равно не смог бы отомстить один. Чтобы сокрушить Палака, нужно войско.

Вот что надо было искать! Соратников!

— Войско у тебя, считай, уже есть,— заметил Маэс,— Осталось немного — одержать победу...

Лик кивнул и швырнул догорающий факел в костёр. Он хотел ещё что-то сказать, но крик привратника прервал его мысли.

— Штурмуют!— кричал он,— Лестницы ставят, со стороны рыбных бочек!

Лик снова ударил в Луну. И, когда гул затих, приказал.

— Защищайтесь!

43

Лик не успел к битве. Когда он бежал через арки, драка уже кипела вовсю, но в конюшне было тихо и темно.

Лошади подняли морды и посмотрели на него укоризненно.

Наверное, они о чём-то догадались.

— Что с ними?— крикнул Лик в темноту. Он специально следил, чтобы случайно не перейти на местный язык. Отребье, что лезло на штурм, едва ли говорит по-скифски — а значит, не сможет разгадать команды.

— Отошли,— крикнули сверху,— Они не ждали, что будем сопротивляться.

— Отлично,— сказал Лик и отправился назад, к костру и Луне.

Конечно, военачальник должен быть в бою и подавать пример мужества.

Но мы — не в степи, и здесь — не конная битва. Когда ты в осаде, почти невозможно угадать, откуда нанесут первый удар. Приходится быть в центре, чтобы успеть на выручку.

Маэс стоял там же, под медным диском. Он вооружился оглоблей, привязал к ней серп и, помахивая этим орудием, отдавал команды тем, кто остался в резерве.

— Как долго мы должны продержаться?— спросил Лик.

— Командир — ты.

— А ты — мой советник.

— Спасибо.