Глазами волка

— Теперь отвечай, как долго мы должны продержаться?

Маэс сощурился в сторону ворот, словно надеялся прочитать на них ответ. Но там были только тёмные доски.

— Я не знаю,— ответил он,— Думаю, до утра. Наутро городской совет будет вынужден собраться и решать. Это вольный город, они не смогут приказать жителям сделать вид, что ничего не происходит.

— Я понял,— Лик снова ударил в Луну и закричал по-скифски так, что с улицы послышалось эхо,— Слушайте всё! Сейчас лето. Светает рано. Нам надо дождаться рассвета! Когда рассветёт — они уйдут! Если полезут — сражайтесь смело! С нами и Луна, и Солнце, и все бессмертные боги!

Одобрительный боевой вой был ему ответом.

Бой ему нравился больше, чем интриги. Когда и ты, и враг взялись за оружие, всё становится ясным и прозрачным, как утренний воздух. Остаётся только внимательно следить, что враг собирается делать — и бить первым.

В голову полезли посторонние мысли. Он вспомнил мокрые голые плечи Ифито и подумал, что её здесь не хватает. А она могла бы помочь.

Не время думать о женщинах. Лик попытался выкинуть её из головы. Ифито выходила тяжело, как сорный кустарник. А когда вышла, её тут же сменила Мелито.

Под хитоном заметны острые, тонкие плечики. Интересно, как она будет выглядеть, если стащить хитон? Наверное, очаровательно. Думать об этом было так приятно, что Маэсу пришлось толкнуть его в плечо, чтобы напомнить о тревоге.

Лик моргнул и огляделся. Он по-прежнему стоял во дворе дома, ставшего крепостью.

На низкой крыше восточной стороны занималось пламя. Факел за факелом летели в окна, и куски черепицы звонко лопались от огня.

Ребята там стояли толковые, они начали тушить без приказа. Те, что были в резерве, бросились им на помощь.

Лик осматривал диспозицию и думал, что предпринять. Искры гасли у него под ногами.

Просто так тушить нельзя. Потушим здесь — а они подожгут с другой стороны. Так и будем бегать и тушить, пока не прозеваем очередную атаку.

— Есть идеи, зачем они это делают?— спросил Лик.

— Для тебя это сейчас важно?

— Да. Мне нужно знать, будет ли у них подкрепление.

— Думаю, что не будет. Они просто хотят поднять шум, потренироваться, ну и отомстить за все унижение. Если ворвутся — будет полная победа. Если не получится — их всё равно будут уважать и бояться. Ты же понимаешь, такое устроить…

— Но если у них не получится, у нас останется победа.

— У нас даже штанов не останется.